chachan

События и Мнения

tass
09 апреля 2018 18:31

Обвал на биржах, потеря миллиардов - новые санкции США в действии

Фигуранты нового санкционного списка США Олег Дерипаска и Сулейман Керимов Санкции США в…
id copy
01 апреля 2018 11:44

Ахъяд Идигов: Запад не станет втягиваться в противостояние с Кремлем из-за ….

Надо знать кто и насколько виноват в преступлениях против чеченского народа. И для…
fed
29 марта 2018 11:40

Владимир Смирнов: Вещие знаки

"Скажи мне, кудесник, любимец Богов, что сбудется в жизни со мною?".... Эти строки…
1023 101
27 марта 2018 21:42

Cтрана запертых дверей

Почему национальный траур не объявлен, а Путин и Тулеев не вышли к народу? Что привело к…
1 7
27 марта 2018 11:15

Почему Трамп «виляет хвостом перед господином Путиным»?

В среду 21 марта бывший директор ЦРУ Джон Бреннан в интервью журналисту телеканала MSNBC…

Факты и мнения

dashaev
12 апреля 2018 23:00

Чеченский политэмигрант и блогер обвиняет начальника полиции г. Грозного в работорговле

Чеченский политэмигрант и блогер, Тумсо Абдурахманов обвиняет начальника полиции г. Грозного Магомеда Дашаева…
1 w
01 апреля 2018 05:12

Барон Путин, повелитель зомби

Восхождение Путина к власти – дорога, усыпанная белым порошкомВозникший в 2015 году сайт "Путинизм как он…
487A B053
28 марта 2018 16:00

Выдавливание с Кавказа. В Дагестане напали на главу местного "Мемориала"

В Махачкале жестоко избит глава дагестанского отделения правозащитной организации "Мемориал" Сиражутдин…
2l674
25 марта 2018 04:20

Пора уже разобраться, что такое кадыровцы

Azamat Shatoy: Думаю, пора уже разобраться, что такое кадыровцы. Поначалу, кадыровцами считались только и…
11i
07 марта 2018 16:10

Муса Темишев: Васильев вторгся в Дагестан на погибель России

Надо быть непролазно-дремучим идиотом, чтобы счесть вторжение генерала Васильева в Дагестан и последовавшие…

i605 7890

Глава из книги Айдара Хайрутдинова "Неизвестный Ислам"

Вступительное слово     

Понимание сокровенного смысла божественного откровения дело само по себе не простое, но оно осложняется еще и тем, что пути к нему опутаны паутиной древних, а потому внушающих уважение догм, на деле являющихся ни чем иным, как предрассудками. В результате неправильного понимания аятов Корана тот, кто согласно коранической классификации должен считаться безбожником и неверующим (то есть, пресловутым кафиром, гяуром[1]), не только полагает, что он является благополучным верующим и мусульманином, но и выставляет перед окружающими свое понимание религии как истинное, и, следовательно, единственно возможное.

Такое положение дел определило одну из целей моей книги, а именно: вывести на чистую воду заблуждения, маскирующиеся под  религиозность, правоверие и верность исламу. Вот примеры нелепостей, которые считаются религиозной нормой:

Один высокопоставленный священнослужитель убеждал меня: «Хадис[2], в котором говорится о том, что первый уровень веры — убрать с дороги препятствие, подразумевает только помеху, мешающую движению мусульман».

А если по дорожке ходят и немусульмане, тогда как поступить?

Вот еще одна виденная мною сценка: молодая мусульманская семья - муж в каляпуше, жена в хиджабе, ребенок на ее руках. Разговор на базарчике перед лотком с фруктами. Молодой папаша объясняет тетушке-татарке: «Мы мусульмане, и должны помогать друг другу!»

Что ж, в этом нет ничего плохого, пусть мусульмане помогают друг другу. Но возник вопрос: а как насчет помощи немусульманам?

Еще пример: Однажды я беседовал с одним своим знакомым-мусульманином. Речь зашла об одном именитом ученом, специалисте по исламу и его идеях. Услышав знакомое имя, мой собеседник воскликнул: «Да он такого наговорит, он же шиит-алавит!».

До чего же просто заклеймить каким-то определением живого человека, и отмахнуться от него, словно он полоумный. Моему собеседнику, не важно, что говорится, важнее что тот человек - не такой как он сам.  Но не означает ли склонность слышать только подобных себе, как приятие только самого себя, словом, неприкрытую гордыню? Сейчас, я бы спросил своего собеседника: «А если бы ты тонул и взывал о помощи, и именно этот человек протянул бы тебе руку спасения, ухватился бы ты за нее, зная, что он шиит-алавит?»

Я полагаю, что приведенные выше факты говорят о крайне искаженном понимании того, чем на самом деле являются нормы религиозной жизни. Но как дело обстояло раньше? Может быть, понимание ислама было ближе к истине в прошлом, а не в наши дни? У меня есть примеры, которые позволяют увидеть то, какие представления о религии господствовали в прежние века. Вот один из них:

Я с детства тянулся к древним религиозным книгам, которые были написаны непонятными для меня тогда арабскими буквами. Казалось, великие тайны жизни, мудрость и секреты счастья скрываются за странной вязью на пожелтевших страницах. Можно сказать, я почитал эти книги. Пришло время, и от почитания, я перешел к их чтению. И это я делал с большой охотой и любовью.

Однажды, предвкушая долгие часы безмолвного общения с мудростью, открываю одну из старинных книг под названием «Рисала-и ‘Азиза» Таджутдина Ялчыгула[3]. Начинаю читать и вижу такие слова: «Когда придет ожидаемый Махд[4], то он, будучи приверженцем ханафитского мазхаба, приведет всех в лоно этой школы».

Меня словно окатили ведром холодной воды. Подумать только: Махди будет ханафитом! Тот, кого ждут, как избавителя людей от разногласий и вражды, окажется изначально «приписанным» к ханафизму? Но в таком случае, к разделению, уже существующему между людьми, он прибавит еще больше драматизма! Как мог уважаемый автор упомянутых строк написать такое?

И тогда я осознал: древние религиозные книги не хранят в себе особую мудрость, подчас они оказываются нагромождением коллективных или авторских предрассудков. Оказалось, весь их авторитет зиждется лишь на ветхости страниц, экзотически-привлекательных именах авторов, громких названиях и многообещающем содержании. Самое тяжелое заключалось в том, что меня покинула надежда найти истину, узнать суть религии и секрет счастья, читая потрепанные временем книги. Оказалось, что эти «вещи» мне придется искать самостоятельно.

Нечто похожее случилось и в моих отношениях с Кораном. Точнее, не с Кораном, а с существующей в мусульманском сообществе парадигмой его осмысления. Традиционное понимание уступило место новому. Об этом и хочу поведать. Проблема только в том, что с точки зрения шариата, созданного людьми, я, будучи обычным человеком, а не дипломированным богословом, не имею права самостоятельно читать Коран. Я много раз сталкивался с убеждением, что Священное писание мусульман и догматы ислама могут и должны комментировать, разъяснять и проводить в жизнь только квалифицированные богословы и теологи, а простым людям остается лишь следовать их указаниям. В основном так и происходит. Только такое бездумное следование не выводит человека из темноты к свету. Вот лишь один из многочисленных примеров:

Однажды ко мне попала книга богословских ответов на вопросы мусульман. Отвечая на вопрос о цели ислама, автор написал следующее: «Цель ислама заключается в том, чтобы люди служили одному только Аллаху и вели себя нравственно». Человек, прочитавший такое, будет думать, что ислам требует от человека исполнения религиозных обрядов, т.е. «служения» Аллаху, и неукоснительного повиновения законам шариата, т.е. ведения богоугодной и нравственной жизни.

Ситуация не столь проста, как кажется. Ее сложность заключается в трудноощутимой подмене понятий, а именно: на вопрос о том, какова цель ислама, дается ответ, подразумевающий цель не самого ислама, а предназначение целого комплекса религиозных обрядов и этических норм, который по ошибке и принято считать собственно исламом. Чтобы разобраться в этой паутине мудрости, давайте, для начала, выясним, что же такое ислам:

Человек по имени Амру Ибн ‘Абаса спросил пророка: «Что есть ислам?» Пророк ответил: «Чистота речей и радушие».

Полагаю, никто не возьмется оспаривать ответ пророка, усомнившись в данном им определении исламу. Если это так, то сделаем первый вывод: из сказанного Мухаммадом следует, что ислам — это особое состояние души. Оно приходит, когда Аллах «расширяет грудь [человека] для ислама» (6:125). Так сказано в Коране. Итак, «ислам — это чистота речей и радушие». Задумайтесь, разве может быть какая-то цель у чистоты речей и радушия?

Теперь возникает резонный вопрос: чем же на самом деле являются упомянутые выше обряды, которые многими понимаются как собственно  ислам? Чтобы узнать это, взглянем еще раз на ответ пророка Ибн ‘Абасе и сделаем второй вывод, а именно: религиозные ритуалы, специфические одежды, особые «сакральные» выражения на арабском языке и т.п. вещи, по которым мусульман узнают во всем мире, не являются исламом.

А чем они являются?

Ответ содержится в другом высказывании пророка Мухаммада, который сказал: «Ислам выстроен на пяти столпах: 1) шахада (свидетельствовании, что нет божества, кроме Аллаха); 2) салават (молитва); 3) саум (пост); 4) хадж (паломничество); и 5) закат (сакральный налог на имущество и доходы)».

Приведенный выше хадис означает, что религиозные обряды являются средством для обретения ислама. Иными словами, искреннее исполнение предписанных Кораном, и внедренных пророком в жизнь его современников обрядов есть нечто похожее на постройку фундамента жилища, не более. Каким бы прочным ни был фундамент, в нем нельзя жить. Нужно строить дальше, возводить стены, крыть крышу, обустраивать дом изнутри, налаживать комфорт… В мирской жизни люди так и поступают. Но когда дело касается духовной жизни, начинаются странности. Да, исполнение обрядов доводится до безукоризненного совершенства, изящества и красоты, слезы наворачиваются на глаза от напевного чтения аятов Корана… завораживает таинство молитв… благоговейный трепет охватывает паломника, впервые в жизни прикасающегося к земле, по которой ходил пророк Мухаммад…

Все это — хорошо.

Только из хадиса следует, что все перечисленное — лишь начало. Многие ли идут дальше этого? Трудятся ли над стенами? Крышей? Над внутренним убранством своей духовной обители? Нет, ибо в умах людей господствует убеждение, что ислам — это  молитвы, которые обязательно должны произноситься на арабском языке, это намаз, пост, хадж, бородка, чалма, хиджаб и т.п. И это только полбеды, когда такие люди задают неверно сформулированные вопросы. Худшее начинается тогда, когда на такие вопросы даются неверные ответы о совсем других вещах. К сожалению, я вынужден констатировать, что современное богословие дает неверные ответы о цели ислама. Такова правда и она печальна.

Дело в том, что у ислама нет цели.

Ислам и есть цель! Иными словами — ислам это гармоничная жизнь в любви и согласии с самим собой, с людьми, с природой и Вселенной, в целом. Такая жизнь начинается только тогда, когда в человеческой душе поселяется ислам. А чтобы это случилось, следует, для начала, искренне и безупречно блюсти вмененные Аллахом религиозные обряды и нормы поведения. Для обретения ислама они и предназначены.

А что касается подобных древних и современных книг с ответами, равно как и тех, кто писал подобные религиозные книги, то в истории ислама их всегда хватало с лихвой. И реальность беспристрастно свидетельствует о том, что они не справились с задачей, которую на себя взвалили. Доказательство тому — судьба исламской цивилизации, ее стагнация, упадок и самоизоляция.

Комментируя современное положение мусульманского мира как далекое от «столбовой дороги человечества», мусульманин немецкого происхождения Мурад Хоффман говорит: «… в то время, когда на Западе начало развиваться востоковедение, в мусульманском мире не появилось западоведение»[5].

Иными словами, мусульманский мир выбрал путь косности, он отвернулся от остального человечества, сам себя заперев в историческом тупике.

Я не хочу ограничиваться констатацией сего печального факта, но собираюсь предложить мусульманам по новому взглянуть на себя и на мир вокруг. Для этого я и написал эту книгу, которую следует воспринимать как подготовку почвы для разъяснения неизвестного доселе смысла ряда аятов Корана и неожиданных положений ислама. Возможно, то новое, что являет нам Коран и ислам, позволит мусульманам осознать величие процесса, происходящего на планете в данный момент времени. Возможно, мусульмане обретут мировоззрение, обладая которым они, сохранив свою веру, честь и достоинство, смогут перешагнуть через идеологические и культурные барьеры, веками удерживавшие их в состоянии противостояния с немусульманским миром и безболезненно присоединиться к движению, в котором принимает участие все человечество.

Взгляните, какие удивительные строки есть в Коране: «Те же, кому даны знание и вера скажут: «Воистину, пробыли вы по предписанию Аллаха до Дня Воскресения — и вот он, День Воскресения — но не знали вы» (30:56).

Аят говорит сам за себя и потому не нуждается в комментариях.

Мои рассуждения у одних вызовут резкое неприятие, кто-то задумается, возможно, что кто-то даже согласится с ними. В любом случае, эта информация уже устарела, ведь мир стремительно изменяется, развиваясь в направлении самых непредсказуемых событий и новых состояний, а в основе перемен лежит эволюция человеческого сознания.

Я чувствую, что мы вплотную подошли к новому витку эволюции, в котором человек превратится в нечто совершенно удивительное и величественное. Точно так, как и было предсказано в Коране: «… дабы  могли Мы переменить состояние ваше и дать вам произрасти в нечто неведомое вам» (56: 60).

Может быть, упомянутая в данном аяте трансформация начинается тогда, когда человек, сталкиваясь с фактами реальности, несоответствующими его убеждениям и представлениям, не отворачивается от пробуждающего опыта, находя в мертвых «священных» книгах дозу духовного опиума, уносящего его в мир мнимого покоя и иллюзорной истины. Нет. Новый человек отложит писание и пойдет за своим опытом к новым горизонтам жизни...

Все только начинается!

Глава II

Сирота

Мое детство было счастливым, во многом благодаря тому, что много времени я провел в деревне у бабушки с дедушкой. Можно сказать, что я вырос под их доброй опекой, дыша вольным воздухом полей и лугов, под высоким небом родной земли.

Однажды, я увязался за бабушкой, направлявшейся в больницу, которая находилась в соседней деревне, в трех километрах от нашей. Мы шли по тропинке, вьющейся по косогору над заливными лугами, наполненными звуками лета. Подходя к деревне, я увидел у тропинки покосившуюся и почерневшую от времени маленькую деревянную оградку. Тогда я уже знал, что так ограждают могилы. Я спросил у бабушки: «Бабушка, почему эта могилка не на кладбище-зират? И почему она такая маленькая?». В ответ бабушка рассказала мне историю о том, как в голодные 20-е годы один измученный голодом мальчик-сирота тайком пробрался на мельницу и принялся слизывать мучную пыль с мельничного жернова. Кто-то из  деревенских спугнул «воришку». Мальчик метнулся прочь из мельницы, но преследователь с криками  побежал за ним, попутно подняв на ноги всю улицу. Всего несколько мгновений, и за сиротой бежала уже целая толпа озверевших людей.

Ослабленный голодом мальчик бежал в сторону деревни, в которой через много лет я провел свои самые счастливые годы. Он словно бы бежал ко мне, по зеленому лугу, на котором я сейчас стою...  солнечный свет... легкие облака... трели жаворонков... нежные прикосновения ветра. Только маленький беглец не мог видеть и слышать ничего из этого. Бешено колотится его сердечко... хрипит горло... не хватает воздуха... ноги волочатся по земле... в глазах темнеет...

Мальчик смог пробежать по изумрудной траве залитого солнечным светом луга всего сотню метров, когда вдруг мир под его ногами закачался, потерял твердость и исчез... Ребенок упал замертво. Он даже не позвал маму, ведь он ее не знал... Возможно, его душа, выпорхнув из худенького тельца, полетела на ее поиски, пока преследователи толпились возле мертвого тела, не зная, что делать дальше.

Зашло солнце, и с минарета деревенской мечети раздался напевный призыв муэдзина, созывая правоверных на молитву...

Уже тогда печальная история произвела на меня сильное впечатление. Но когда много лет спустя до меня дошел ее подлинный смысл, я испытал потрясение. В настоящее время принято идеализировать прошлое моего народа, особенно с религиозной точки зрения. Каждый слышал нечто похожее на такие слова: «Были мечети, медресе, звучал азан! Эх-х, если бы не большевики, мы бы не были сейчас такими безбожными!»

Но трагический сюжет из далекого прошлого, оживший благодаря рассказу моей бабушки, свидетельствует об обратном: жители татарской деревни, те самые правоверные мусульмане, которые ходили в мечеть, читали Коран и не пропускали намазы, словом, жили в том самом идеализируемом прошлом, как один бросились в погоню за маленьким сиротой. Они загнали насмерть голодного, запуганного и никому не нужного мальчишку, через много веков после того, как нецивилизованные арабы не дали умереть от голода и незащищенности сироте по имени Мухаммад...

Где же были наши хваленые религиозные добродетели? Где были дух Корана и мусульманская нравственность?

Были ли они вообще?

Существуют ли они в наше время, если мусульмане Ирака и Палестины, которых никто и никогда не отлучал от религии, пользуясь смутными временами, грабят магазины, принадлежащие их же согражданам и соседям?

А мы? Да, мы сыты, и мечети возникают одна за другой. Пожалуй, мы подадим гроши попрошайке или отвезем ненужное барахло в детдом, как же — савап! Но каковы мы будем, если вдруг нагрянет голод? Протянем ли руку помощи нуждающемуся, или вцепимся в свой кусок бульдожьей мертвой хваткой?

Вот почему я пишу о том, что мы не знали и не знаем Корана, и говорю, что ислам для нас все еще остается неизвестным.

О переводе Корана

                                        Орёл парит… И глазом чуть видать,
                                        И никаким арканом не достать.
                                        Он еретик! Казни его, владыка!
                                        Как смеет он так высоко летать?[6]

Четверостишие, использованное в качестве эпиграфа, весьма подходит к эпизоду, с которого я начинаю очередную книгу из цикла «Неизвестный ислам».

В 1912 году выдающийся татарский религиозный мыслитель Муса Джаруллах Бигиев (1875-1949) намеревался опубликовать осуществленный им на татарский язык перевод Корана. Однако этой работе не суждено было увидеть свет, поскольку тогдашние мусульманские священнослужители, считавшие, что Писание мусульман нельзя переводить с арабского на какой-либо другой язык, написали против М. Бигиева донос в Духовное Управление, в котором выразили резкий протест против планов молодого теолога. Муфтий, поддержав своих ретивых подопечных, разослал по всем татарским книжным издательствам специальный циркуляр, в коем категорически запретил издание «татарского» Корана[7] . В том же году традиционалисты методом жалоб и полицейского преследования пресекли деятельность по переводу Корана на «национальный тюркский язык» другого яркого исламского мыслителя Зияэтдина Камали (1873-1942)[8].

С тех пор утекло много воды. Люди, народы, государства и весь мир пережили трагические потрясения и кризисы, революции, мировые войны. Канули в лету Холодная война, Перестройка и «Железный занавес». Возникли новые глобальные проблемы.

Из всех этих событий мое внимание привлекает судьба религий в Советской России. Мне кажется, что разрушение фанатичного, косного и самодовольного мусульманского традиционализма в результате исторических коллизий, сотрясавших Россию в первой половине ХХ века, имеет свой высший небесный смысл. Чтобы быть понятым, вернусь к часто раздающимся в наши дни сетованиям на коммунистов, которые запретили религию и к вспышкам радости, возникающей по поводу возвращения религии из опалы в годы Перестройки и развала СССР. Я не могу согласиться с описанным выше ходом мысли, и вот почему: оспорит ли кто-нибудь из верующих людей тот факт, что Властелином мира был и остается Бог, и всеми делами управляет только Он?

В свете аята «вознесен Он на Троне Власти, управляя Делом» (10: 3) только невежда может продолжать думать, что, мол, пришли коммунисты и изгнали Бога из жизни людей, а когда к власти пришел Ельцин, то позволил Богу вернуться. Такие соображения вызваны тем, что люди не представляют себе весь масштаб Дела творимого Богом, иначе непременно бы поняли, что период так называемого «атеизма» и «безбожия» является составной, а потому — неотъемлемой частью божественного сценария.

Я полагаю, что посредством октябрьских событий 1917 года Аллах положил конец духовной тирании священнослужителей-традиционалистов, продолжавших удерживать мусульман во мраке средневековых предрассудков и дал людям возможность вздохнуть свободно. Именно в результате тех далеких событий, сегодняшние религиозные деятели не могут чинить препятствия в публикации переводов Корана.

Более того, они поступают теперь прямо противоположным образом — охотно заверяют «правильность» публикующихся переводов Корана своими подписями и печатями[9]. Так что проблем с изданием переводов Корана ныне не существует, и они доступны всем желающим. Добавлю только, что столь противоречивое поведение религиозных деятелей лишь подчёркивает хаос и упадок, переживаемые официальной исламской теологией и религиозными институтами на протяжении уже многих веков.

Кроме видимой стороны дела, т.е. осуществления перевода Корана на какой-либо язык, имеется ещё и менее заметная, но несравненно более важная сторона. Речь идёт о понимании, или видении подлинного смысла божественных посланий. Это касается не только тех, кто переводит Коран с арабского на какой-либо иностранный язык, но и тех, для кого арабский является родным. Оказывается, для того, чтобы раскрыть истинное содержание тех или иных небесных откровений недостаточно быть высокообразованным арабом-мусульманином и иметь религиозное образование, дающее право толковать Коран и разъяснять его[10]. Эта мысль покажется странной, но дальнейшее повествование, особенно в той его части, где речь будет идти о смысле аятов Корана, преподнесёт множество примеров, подтверждающих верность данного наблюдения.

В прошлом, под предлогом сохранения Корана от искажений, якобы неизбежных при его переводе на другие языки, простых мусульман удерживали в стороне от возможности узнать лично, что же на самом деле говорится в Священной книге. Но религиозные деятели прошлого могли и не беспокоиться: даже если бы переводы Корана появились при их жизни, они не могли ничего исказить в Писании, поскольку существовавшее тогда понимание и трактовка коранических откровений были искажены давным-давно, еще на заре истории ислама. Это верно и в отношении современных переводов Писания. Они не могут осчастливить человека и указать ему пути обретения подлинного покоя, т.е. ислама, поскольку в переводах сохранились все смысловые искажения, укоренившиеся в традиционной науке комментирования Корана - тафсир.

Более того, даже если появится когда-нибудь «Правильный-Перевод-Корана», в котором два плюс два будет равно четырём, а не пяти, (то есть не будет искажений), то и он не будет способен дать человеку истину. Дело не в переводе, а в понимании, разумении. В свою очередь понимание полностью зависит от зрелости и степени развития человеческого сознания. Так что, сознание первично, а понимание — вторично. Как говорил Иисус: «Не вливают вино новое в мехи старые», — подразумевая, что понимание, основанное на незрелом сознании (т.е. «старый мех»), просто неспособно удержать новую информацию (т.е. «новое вино»), не исказив его.

О сознании и его поработителях

Существуют самые разные способы не допустить обретения сознанием удивительных возможностей, которые дарованы ему Богом. Самый простой способ представляет собой подчинение сознания идеологической власти какого-либо авторитета (церкви, священника, религиозного учения, партийной догме, шарлатану, выдающему себя за гуру и т.п.).

Манипулирование чужим сознанием в любой форме и под любым предлогом представляет собой ни что иное, как пресловутую черную магию, поэтому, прежде чем идти дальше в своём повествовании, я должен внести ясность в этот, как мне видится, крайне важный вопрос. Речь пойдет о праве человека на самостоятельное постижение истины или Бога.

Всё, что будет сказано ниже, имеет целью донести до каждого читателя, считающего себя верующим, простую идею: каждый человек имеет право ошибаться, и продолжать поиск, находить, разочаровываться и вновь находить, проверять, принимать, и, наконец, жить и наслаждаться обретенной своим опытом истиной. Следует понять, что хотя Откровения и гласят об истине, сами они истиной не являются. Дорожный указатель не может заменить собой населенный пункт, направление к которому он указывает. Речь Бога, это еще не сам Бог.

Умение различать указатель и то, на что он указывает не дается от рождения. В жизни человека бывает время, когда он попросту не понимает самой сути вопросов об истине, о праве на истину, о соотношении веры и знания. На этом этапе истиной для него являются Библия, или Коран, или Манифест коммунистической партии, а вера заменяет собою знание. Такое время было и в моей жизни. Но однажды этот сон был прерван, и пришло мое время с удивлением осознать, что мои истины, душевная удовлетворённость, уверенность в правильности выбора религии, оказались иллюзией, а сама религия — совсем не тем, чем она является на самом деле. Не я первый, кто пережил такие метаморфозы.
Например, выдающийся теолог аль-Газали (1059-1111) еще давным-давно пришел к удивительному выводу, который он выразил в словах: «Привычка путать убеждения (‘акида[11] ) со знанием является эпидемической болезнью нашего времени».

Такой переворот или духовная трансформация случается благодаря тому, что своей властью Бог проводит сознание, обитающее каждый раз в новом человеческом теле[12], сквозь череду различных событий и переживаний так, что, в конце концов, оно узнает что такое истина. В ходе этого процесса человек вдруг выясняет, что живёт в кажущемся мире, где всё, что представляется незыблемым, на деле оказывается эфемерным и зыбким. Вспоминаются слова индейского мудреца дона Хуана Матуса: «Мир не таков, каким кажется».

И действительно — то, что еще вчера представлялось окончательным, сегодня превращается в «дверь», за которой открываются новые пути. Вдруг выясняется, что материальные феномены легко оказываются прямой противоположностью тому, что о них было известно ещё только вчера. В качестве иллюстрации можно привести следующие примеры: всякому человеку, родившемуся на земле, она представляется ровной, тогда как на деле она оказывается шарообразным телом; кажется, что Солнце вращается вокруг Земли, но на деле Земля вращается вокруг светила; все органы чувств убеждают человека в том, что земная твердь под нами стабильна и устойчива, тогда как на деле оказывается, что планета несётся в космосе со скоростью ста тысяч километров в час!

Чтобы быть понятым, предлагаю представить, какое влияние на сознание масс оказали открытия средневековых европейских естествоиспытателей и путешественников. Вспомним Коперника, Бруно, Галилея, Колумба, Магеллана, Ньютона…

Возьмем, к примеру, Христофора Колумба. Я полагаю, что к догадке о шарообразности Земли он пришел, читая переводы арабских мореходных лоций. Что и говорить, Колумб был знающим свое дело навигатором, иначе не почувствовал бы едва уловимую разницу между парадигмами географического мышления европейских и мусульманских мореплавателей, отраженную в навигационных картах. Наверняка,  европейцы в своих исчислениях исходили из представлений о Земле как плоскости, а мусульмане — как шарообразном теле. Расхождения в расчетах были минимальными, ведь и те и другие преодолевали по океану примерно одинаковые расстояния. Но Колумбу с его тонким чутьем бывалого мореплавателя и долей авантюризма, удалось уловить их. Идя по следу, он, в конце концов, не мог не понять причину отличия арабских вычислений от европейских: оказалось, что арабы исходили из знания о шарообразной форме планеты. Так мусульманские лоцманы «подсказали» Колумбу принцип, которым сами так и не воспользовались, чтобы обогнуть планету[13].

Хоть Колумб и принял новую информацию, но он мог и не пойти дальше своей веры в то, что до Индии можно доплыть, двигаясь на запад. Ведь тогда весь христианский мир был убежден в том, что земля плоская. Так учила Церковь. О непоколебимости этих представлений красноречиво свидетельствует то, что  более чем через сто лет после догадки Колумба инквизиция казнила Джордано Бруно, высказавшего, среди прочих и утверждение о шарообразности Земли.

Иными словами, будь Колумб ревностным христианином, слепо следующим папским буллам и учению Отцов церкви, он не вписал бы свое имя в историю Великих географических открытий. Говоря проще, Колумб, даже если бы ему удалось обойти церковные препоны, просто рисковал свалиться за край земли! Как не бояться? Но здесь проявила себя сила его веры: командор преодолел свой страх и повел корабли на запад, в Море мрака, в неведомый доселе мир, полный решимости дойти до края света, и даже перешагнуть через него. В экспедиции Колумб рисковал еще больше, чем на суше, ведь каждый матрос в его команде верил в то, что земля плоская, и что этот сумасшедший мореход ведет их прямо в тартарары. Шли недели плавания, земли не было видно (да ее и не должно было быть, согласно представлениям европейцев той поры), естественно, что экипаж созревал для бунта, который вполне мог привести обезумевших от страха людей к самосуду над Колумбом.

Итак, непреклонная вера позволила Колумбу доказать свою правоту, а сама превратилась в знание.

Открытие, совершенное Колумбом, изменило историю человечества. Это как раз тот случай, когда открывший истину открывает ее для всех. Вскоре после Колумба экспедиция Магеллана совершила кругосветное плавание. Так на практике была доказана шарообразность Земли. Но даже это открытие не помешало Церкви казнить Дж. Бруно через десятилетия (!) после плавания Магеллана. Вот какова сила и власть догм: иногда даже практика, даже знание реальности не в силах их изменить или опровергнуть.
Манипуляторы, поработившие человеческое сознание держатся до последнего. И все же опыт и практика (т.е.— правда) рано или поздно ниспровергают вымыслы (т.е. — ложь). Так и время господства догмы о плоской земле прошло, она умерла, растворилась как недоразумение, как иллюзия, каковою и была на самом деле.

Таким образом, перевороты в представлениях о мире приводили и приводят к скачкообразному изменению качества сознания, вынося его на новый уровень. Открытия, происходящие на современном витке истории человечества, свидетелями которых являемся мы все, ошеломляют: еще несколько лет тому назад астрономы были уверены, что расширение Вселенной, начавшееся в момент Большого взрыва должно постепенно замедляться. Этого требовали все доселе известные законы физики. Однако результаты наблюдений оказались за границами человеческого понимания: оказалось, что Вселенная ускоряется!

Ну чем не переворот в мировоззрении?

Как видим, Вселенная действует нисколько не считаясь с ожиданиями и прогнозами ученых и с треском ломает лелеемые ими формулы. Она живая и она смеется, вновь и вновь ошеломляя нас. Вселенная — это  Танцующая тайна! Чтобы жить в ней благополучно, отложите ум, вооружитесь чувствованием и дайте волю своему воображению. Они пригодятся чтобы не счесть бредом то, что я скажу дальше: нам только кажется, что мы окружены бесконечной Вселенной, на самом деле вся она заключается в нас самих.

Согласитесь, в такое трудно не то, чтобы поверить, но едва ли возможно вообще вообразить. Но я скажу и больше этого: в «обычном» состоянии сознания - люди, пусть и неявно, но понимают, что их жизнь закончится смертью. В нормальном, лучше сказать, в истинном, состоянии сознания смерти вообще нет места. И, наконец, главное: «обычного» человека можно встревожить сообщениями о близком Конце света, тогда как человек, обладающий  нормальным состоянием сознания, т.е., пребывающий в исламе, знает: не только весь мир, но вся Вселенная могут исчезнуть, но оно, — сознание, — не исчезнет.
Блистательный Мухаммад знал это. Взгляните, что он сказал: «Если ты собирался сажать дерево, но вдруг услышал, что завтра наступит Конец света — сажай дерево!»

А ведь выше речь шла о материальной реальности. Насколько же сложнее говорить о духовных истинах?! Насколько же глубок Коран, раскрывавший тайны человеческой духовности! Коран — это отблеск танцующей Вселенной и потому он тоже полон неожиданностей. В качестве примера  приведу один случай из моей жизни:

Было время, когда я, как и все мусульмане считал, что «мусульманин» (по-арабски - муСЛиМ, от корня СЛМ с общим значением «благополучие», «мир» по уровню религиозности стоит выше «верующего» (араб.: - му‘МиН, от корня ‘МН — с общим значением «безопасность»). Я был убежден, что верующий — это такой человек, который лишь «засвидетельствовал», что он верует в Аллаха, произнесши фразу «Нет бога кроме Аллаха» (Ла илаха илла Аллах). Другое дело — мусульманин. Это такой человек, который не остановившись на устном «провозглашении» веры, исполняет все обряды, а именно: пять раз в сутки читает намазы, постится в месяц Рамадан, при возможности он совершит паломничество в Мекку - хадж, и будет выплачивать сакральный налог - закат. Но однажды мне на глаза попался коранический аят, который перевернул эти мои представления. Вот этот аят: «Обитатели пустыни говорят: «Мы уверовали». Скажи: «Не веруете вы, но скажите: «Повинуемся мы»; а вера еще не вошла в сердца ваши» (49: 14).

Разберем аят по отдельным фразам:

1) Выражение «Мы уверовали» в Коране звучит «‘аМаНна», и образовано оно от корня ‘МН (как и слово му‘МиН - верующий). То есть арабы, пришедшие из пустыни к пророку Мухаммаду, считали себя верующими - му‘МиН, поскольку исполняли религиозные обряды;

2) Выражение «Не веруете вы» в оригинале звучит «лам ту‘МиНу», и также образуется от корня ‘МН. Этой фразой Аллах указал на то, что арабы ошибаются, и внес «поправку», из которой следовало, что исполнение обязательных обрядов поклонения еще не дает человеку права считать себя верующим;

3) Выражение «Повинуемся мы» звучит «аСЛаМна», и образуется от корня СЛМ. Этим выражением Аллах ясно дал понять бедуинам, каков их духовный статус на самом деле;

4) Выражение «вера еще не вошла» звучит «ва ламма йадхули-л-ийману», где слово «вера» – ийман образуется от корня ‘МН. Здесь Аллах продолжает объяснять арабам стадии духовного роста. Из этого становится ясным, что мусульманин превращается в верующего – му‘МиН, когда вера поселяется в его сердце. Но это происходит лишь с «персонального» разрешения Господа: «И не дано ни единой душе уверовать кроме как по соизволению Аллаха» (10:100).

Возможно, для лиц, имеющих религиозное образование, содержание этого аята не станет такой новостью, какой оно явилось для меня. Это не столь важно. Гораздо важнее эффект «активной слепоты», который я с крайним удивлением наблюдал впервые в жизни, когда поделился этой новостью с одним из своих друзей-мусульман. Допуская, что я мог ошибаться, считая, что мусульманин стоит «выше» верующего, я, для начала, поинтересовался мнением моего единоверца. Он с готовностью поделился своими знаниями, после чего сомнений не оставалось — моя прежняя точка зрения ничем не отличалась от общепринятой среди мусульман.

Тогда я продемонстрировал ему упомянутый аят. Мой собеседник заглянул в открытую на соответствующем месте страницу Корана, после чего… отмахнулся от него обеими руками, и, воскликнув: «Нет! Этого не может быть!», развернулся и ушел восвояси. Я был ошеломлен, но уже не содержанием аята, а столь странным поведением разумного, казалось бы, человека: этот ревностный мусульманин, ни секунды не сомневающийся в своей набожности, исполняющий все обряды, вдруг взял, и отмахнулся от Корана и того, что в нем говорится, как от назойливой мухи!

* * *

Вернемся к открытиям. Если изменение представлений о мироздании оказывает столь ошеломляющее воздействие на рост и развитие человеческого сознания, то, что же тогда говорить о влиянии изменений в убеждениях, которые, как оказывается, тоже подвержены подобным метаморфозам! Хороший пример для этого случая — сновидения. Всякий знает, насколько  реальны события, переживания, действия и вообще все, что происходит во время сновидения. Но пробуждение прогоняет прочь все: и  кошмары, и сладкие грёзы. Целые миры, возникшие в сновидении, чувства и переживания, страхи и радости, находки и потери, смех и слёзы, вдруг, оказываются иллюзией настолько эфемерной, что она исчезает в одно мгновение.

Похожим образом в одно мгновенье могут свернуться небеса, воздвигнутые на столпах устаревших человеческих представлений, и в следующее мгновение мир уже совсем не такой, каким он был минуту назад. Точнее, мир остаётся таким же, но прежнее отношение человека к нему изменяется столь радикально, что в пору говорить о конце мира, выстроенного на его старых представлениях и мировоззрении. Таков эффект кардинального изменения способа восприятия реальности.

Я уже говорил, что с внешним миром при этом ничего не происходит. Что-то происходит в самом человеке или с самим человеком. Именно это и ошеломляет, завораживает, открывает новые горизонты. Человек вдруг начинает видеть, что подлинные Небеса это не то небо, что над нами, а то Небо, что скрыто в нём самом, и оно бесконечно. Ведь он стал видеть дальше и больше благодаря внутренним переменам. А внутренние перемены стали возможны благодаря тому, что однажды человек не отмахнулся  от реальности, которая противоречила его убеждениям. Приятия реальности, какой бы горькой она ни была, достаточно, чтобы в человеке начало расти божественное.

Принять реальность, значит позволить Богу заняться твоим ростом.

* * *

Конечно, не претендую на новизну, говоря, что человек от природы наделён физическими и духовными потребностями. Воздух, вода, пища, секс, жилище и ряд других, среди которых потребность в истине является пусть и не первой, но главной, ведь с поиска истины в человеке и начинает рождаться божественное. Наверное, желание узнать истину, разгадать тайну жизни и отличает человека от животного. Всё остальное, а это, образно говоря, 99% от того, чем является человек, относится к животному миру. «Корни» человека уходят в природу настолько глубоко, что теория о происхождении его от обезьяны не кажется мне беспочвенной.

Человек еще не пробудился, если для него главное построить дом, посадить дерево и вырастить сына.
Ведь и животные делают то же самое. В эти узкие рамки жизненная программа человека была заключена манипуляторами, которым нужен человек-животное, и которые совсем не заинтересованы в том, чтобы его сознание, достигало своей главной цели, тем самым лишая своих поработителей пищи.

Если уж речь зашла о нуждах плоти и мирских потребностях, задумаемся вот о чём: может ли человек насытиться, если за него ест кто-то другой? Утолится ли его жажда, если за него будет пить пусть даже самый дорогой ему человек? Подобные вопросы можно перевести из сферы насущных биологических потребностей, в область социально-интеллектуальной деятельности. Моя жена великолепно разбирается в логарифмах и интегральном исчислении, но для меня эти математические таинства останутся китайской грамотой, пока я сам, как следует, не изучу сию науку. Без этого я буду беспомощен всякий раз, сталкиваясь с необходимостью производить сложные вычисления, если рядом не окажется того, кто умеет это делать.

Исходя из вышесказанного, перейдем теперь к потребностям и нуждам духовным, и спросим себя: правы ли мы, когда полагаем, что не мы сами, но только те, кто обладает дипломом богослова или саном священника имеют право рассказывать нам о Боге? Ведь в этом случае получается, что, позавтракав самостоятельно, человек, тем не менее, мирится с тем, что кто-то другой рассказывает ему о Боге. И хорошо, если священнослужитель, не позволит прихожанину спокойно выслушивать его проповеди, но скажет тому примерно такие слова: «Колумб не только верил в существование Другого пути, но обратил веру в Знание. Так обрати же и ты свою веру в Бога в Знание Его!»

Но только где они, такие священники?

Такая постановка вопроса может подтолкнуть к осознанию новых горизонтов духовной жизни, поэтому порассуждаем об этом еще:

Человек знает, что пища реально существует, поэтому он добывает ее и утоляет голод. Но с Богом дела, к сожалению, обстоят иначе. Бог не является для нас такой же реальностью, как и пища. Да, мы можем говорить, что верим в него, можем читать намазы, поститься и т.д. Но делая все это, мы, тем не менее, не возражаем, когда о Боге со знанием дела говорит нам кто-то другой, а мы всё слушаем, слушаем… Именно об этом гласит суфийская поговорка: «Можно миллион раз повторить слово «халва», только во рту слаще не станет».

Да, от одного только слушания рассказов о Боге, божественного в жизни не прибавляется. Любой неофит чувствует это и, стремясь избавиться от беспокоящего ощущения, с умилением рассказывает окружающим о том, как ему стало хорошо и спокойно, после того, как он принял ислам и стал исполнять обряды. С той же целью - он активно принимается обращать в свою веру других. Это ничто иное, как психическая защита, способ скрыть отсутствие покоя, отсутствие Бога. Убеждая окружающих в своем духовном благополучии такой человек убеждает, вернее, гипнотизирует, прежде всего, самого себя. В таком состоянии можно прожить множество жизней.

Однако, состояние, когда для человека абстрактное «знание» о Боге оказывается важнее непосредственного знания самого Бога (т.е. контакта с Богом), имеет свой предел, после которого все меняется местами. Да, до определенного времени последователь того или иного религиозного учения удовлетворяется чужими рассуждениями о Боге, о его качествах и атрибутах, он доволен своим «духовным ростом», «продвижением» в религии, участием в коллективных обрядах, чтением священных писаний. Особенно если для этого ему пришлось потрудиться и изучить иностранный язык (например, сложнейший арабский). Такое положение дел или такой образ религиозности свидетельствует о том, что человек просто не голоден духовно. В нём отсутствует тот, кто почувствовал бы голод по Богу. Ирония жизни состоит в том, что при этом человек может быть убеждён, что его членство в той или иной религиозной системе, исполнение обрядов делает его богоугодным, а затем, в загробной жизни, гарантирует ему милость Бога и райские кущи, в которых так и снуют туда-сюда полногрудые девственницы-гурии неописуемой красоты. Нужно только умереть, затем, после Конца света, воскреснуть, пройти Страшный Суд и получить справедливое воздаяние — рай. Поэтому он продолжает усердно изучать Бога по Священным писаниям, слушает  проповеди, с пафосом обращается к своим единоверцам: «Братья!», полагая, что это и есть религиозность.

Если что-то и легко в этом мире, то заблудиться проще простого. Точно как во сне, принимая свое сновидение за реальность. Суфии говорили о виртуальной халве, а я предлагаю провести другой эксперимент. Возьмем лист бумаги и напишем на нём слово «пламя». Теперь положим его в свою ладонь, и будем держать так надписью вверх, чтобы мы могли видеть, что держим в руке «пламя». Обжигает ли такое «пламя» руку? А что будет, если взять руку хотя бы тлеющий уголёк? Так почему же мы решили, что рассказы о Боге или писания о нём способны утолить «голод по Богу» и соединить человека с Ним?

Слава Богу, что для каждого настает время, тот самый Час, объявленный в Коране, когда человек уже не может продолжать оправдывать себя словами: «Вот обеспечу себя материально, а потом пойду искать Бога!». Когда-нибудь каждый человек доходит до такой степени духовной жажды, что он готов отдать даже свою жизнь, дабы встретиться с Ним, чтобы избавиться от страдания и раскрыть, наконец, тайну бытия. Так предопределено Богом, и этой судьбы не избежать никому, ведь становление души, ее созревание и рождение — это главное из всего того, что происходит с нами.

Тот, кого религии называют сатаной, а уже упоминавшийся выше дон Хуан Матус — хищником,  предпринимает массу усилий для того, чтобы контакт человека с Богом не состоялся. Поэтому сама возможность такой связи превращена им в грозное табу. Только не спешите проклинать сатану. Как между молотом и наковальней из раскаленного куска стали рождается клинок, так и человек становится тем, кем он и должен быть, в кузнице, где молот — Бог, а наковальня — дьявол.

Мы живём в парадоксальном мире. Главная его задача — не дать нам встретиться с Богом, хотя только благодаря пребыванию в нём и возможна такая встреча. В конце концов, все сущее, а значит, и этот мир представляют собой разные проявления божественной субстанции. Сатана тоже не исключение. «Всё ложь, кроме Бога», — сказал в своё время пророк Мухаммад. Мусульманам известно также и другое его высказывание: Этот мир есть нива Царствия Небесного. Бог — это желанный другой берег, подлинная родина, к нему ведёт мост, что тоньше человеческого волоса и острее лезвия меча —  человеческая жизнь и труд на ниве известного нам мира, а душа — паломник, которому жизненно важно пройти этот мост, дабы встретиться с Богом. Для этого он и трудится, через ошибки и находки созидая самого себя. Но чтобы ступить на мост, ведущий к другому берегу, душа, прежде всего, должна захотеть достичь того берега.

Итак, в дольнем мире делается всё, чтобы воссоединения не случилось, и делается все, чтобы оно случилось. Таково предназначение этого мира: в нём необходимо хорошо поработать, выложиться на все сто, чтобы он открыл свою тайну. Ведь и хлеб не родится, если поле не полито потом земледельца. Только проживая жизнь за жизнью в этом мире, человек, а вернее, душа может познать тщету всего и обратиться, наконец, к самой себе. Когда это происходит, то освобождение становится лишь вопросом времени. Свободного человека, то есть того, в ком родилась душа, того, кто родился свыше, нельзя будет запрячь в ярмо, сделать пушечным мясом, голосом на бессмысленных выборах, он предпочтёт умереть, но не бросится в бой во имя кого-то или чего-то. Так в своё время поступил Авель, когда Каин занес над ним меч: «Если протянешь ты руку твою против меня, дабы  убить меня, не протяну я руки моей, дабы убить тебя...» (5: 28).

Наверное, пророк Мухаммад имел в виду свободу, когда говорил, что человек, познавший самого себя, познал своего Господа, то есть стал свободным. Это самое дорогое, что только может обрести человек в этой жизни. Свобода — начало бессмертия, а значит — начало жизни с Богом. Вот к чему должны призывать религии. Подлинная религия не ограничивается исполнением обрядов, — она растит в человеке стремление стать бессмертным со-знанием. Помните, кораническое: «Господь мой, увеличь мое знание»? И наоборот — лжерелигия культивирует в человеке стремление стать бессмертным со-зданием, где слово «создание» можно понимать как тело. Поэтому лжерелигия призывает к обретению райских благ, чтобы, разлегшись в приятной прохладе, упиваться вином из рек, и наслаждаться обществом дев неземной красоты. Словом, окунуться в мир телесных радостей. Ничего плохого в этом нет, если не задумываться над тем, что любое создание рано или поздно разрушается, а сознание — нет.

* * *

Итак, смысл религии заключается, ни много, ни мало в обретении вечной жизни. Религиозность, это не вера в то, что когда-нибудь в будущем начнется вечная жизнь, как учат существующие религии. Жизнь вечна сама по себе — это понятно, стоит только оглядеться, и слеп тот, кто этого не видит. Непоколебимое движение к обретению бессмертия, к нахождению того, что не умирает, как если бы человек стремился найти насущный хлеб, родник, утоляющий жажду — вот что важно, вот что является сутью религиозности и веры.

Какой смысл в вере, которая не побуждает стремиться к объекту, на который она указывает? Вот и Колумб «оседлал» свою веру и, в итоге, нашёл совсем не Индию, но новый континент. Мир изменился в течение нескольких лет, и вскоре тысячи европейцев отправились за океан, начав формировать новый облик мира. И хотя каждый из них ступал на землю Нового света в первый раз, тем не менее, ни один из них не мог уже пережить того состояния, которое пережил Колумб, и никто не мог открыть Америку во второй раз.

Но с открытием Бога дело обстоит иначе.

Если пережить то, что пережил Колумб, открывая новые земли, уже не дано никому, тем не менее, каждый из нас способен прийти к такому состоянию, в котором оказался пророк Мухаммад (Иисус, Моисей, Будда), когда с ним заговорил Бог. Вот в чем, в частности, заключается справедливость Бога.

А что касается открытия Колумбом Нового света, а не Индии, то и в этом казусе скрыт особый смысл и знамение: настоящая, активная вера в Бога побуждает человека действовать и искать встречи с Господом. И когда это происходит, находка оказывается совсем не тем, что предполагалось в начале, и совсем не там, где предполагалось её найти. Так и должно быть. Ведь в начале пути мы не знаем Бога, и потому, Он не обязан оказываться именно таким, каким нам его описывали, и каким мы его себе представляли по чужим рассказам.

Здесь самое время подчеркнуть еще раз крайнюю важность смелости, мужества и отчаянности, которые необходимы, чтобы выйти за рамки существующих социальных, культурных, психологических и массы других ограничений и форм обусловленности. Откажись от всех покровителей, только тогда обретёшь Настоящего Покровителя. Иными словами, чтобы выйти на поиски Бога сначала следует сделать хотя бы один шаг к свободе.

В этой главе я приведу примеры того, как людям, вернее, душам, путешествующим в человеческом облике, не дают стать свободными лидеры и хозяева, в руки которых человек так доверчиво себя вверил, и примеры того, как человек сам закрывает себе путь к свободе.

Пример первый

Однажды у меня состоялась деловая беседа с одним религиозным функционером из высшего жреческого клана. Дело в том, что в высоких кругах мусульманского клира давно уже звучали слова о том, что татарам следует обратиться к наследию национальных религиозных мыслителей и богословов, всячески его пропагандировать и внедрять в массы верующих. Зная об этом, я принёс упомянутому чиновнику, представляющему на бренной земле интересы «небесной канцелярии», готовую к публикации статью видного татарского религиозного и общественного деятеля Ризы Фахреддина. В статье автор говорил о праве каждого человека самостоятельно искать и находить истину. В исламе этот вопрос называется проблемой иджтихада.

Функционер ознакомился с предложенным материалом и заявил:

— Мы не можем напечатать этот материал!

— Почему? — спросил я.

— Вы уже достали с этим иджтихадом.

— Кто это «вы»?

— Кто-кто! (тут он назвал имя Р. Хакимова, — современного возмутителя летаргического покоя российских мусульманских масс, затем — имя Р. Фахреддина, и, вдруг, присовокупил к ним и меня самого. — Какой иджтихад? — продолжал он, — Почему вы всё копаетесь и копаетесь в этом. Ведь всё уже ясно: есть установленные мазхабы[14], есть ‘акида, есть ритуалы. О поиске какой истины может после этого идти речь?! Ведь уже всё ясно с истиной: есть Коран, есть ислам. Истина очевидна уже почти полторы тысячи лет! Ну что этот твой писака? Что? Всё, что он предлагает, он предлагает, ссылаясь на хадисы. Вся его идея о праве на иджтихад сводится к хадисам. Пусть даже они собраны имамом Бухари, но ведь не существует критерия оценки достоверности хадиса! Вот, скажи мне, у тебя есть такой критерий?

— Есть! — ответил я.

Функционер на мгновение опешил — он не ожидал такого ответа.

— Ну, и что это за критерий?

— Сердце!

— Сердце?!

— Да, сердце: если я чувствую своим сердцем, что высказывание Мухаммада истинно, то я не сомневаюсь в том, что хадис достоверный. Если оно мне не по душе, то я не руководствуюсь таким хадисом. Это же так просто! Даже сам Мухаммад советовал взвешивать его высказывания на весах сердца.

— Ну-у, друг мой! — торжествующе потянул победную ноту мой собеседник, и, ухмыляясь, сказал фразу,  которая, по его мнению, должна была добить меня окончательно:

— Какой же это критерий? Это ведь не научный подход!

— А с каких это пор религия стала сферой, где правит научный подход?

Едва мой ответный вопрос прозвучал в стенах официального кабинета, как что-то  надломилось в торжествующем облике моего высоко вознесённого собеседника, и свет его сияющего лица потускнел  прежде, чем он сам осознал это. Не найдя, чем возразить, он отвернулся. Это было поражение, и он понимал это, ведь даже в медресе, программа обучения в которых полностью подчинена требованиям устанавливаемого законодателями современного придворного ислама, учащимся-шакирдам втолковывается простая и верная сентенция о том, что религия — это не вопрос науки, ума и логики, а предмет иррациональной веры и чувств.

Видя, что его собеседник не находит, что ответить, я попытался помочь ему:

— Брат! Посмотри на меня: тебе не кажется, что ты упускаешь что-то очень важное?

Он слышал вопрос, но так и не набрался храбрости взглянуть в мою сторону...

* * *

Упомянутый эпизод я привел для того, чтобы указать читателю на один важный момент: официальные религиозные структуры, представляющие ислам, христианство, и т.д. всеми средствами убеждают людей, в том, что они обладают истиной и могут дать её всем желающим. А коль так, то любому человеку достаточно прилежно исполнять предписания той или иной системы, чтобы пребывать в истине и наслаждаться благодатью, а после смерти попасть в рай. Живи так, как предписывает священник, не задавай вопросов, и все будет хорошо. Не жизнь, а чудная пастораль с добреньким пастушком, опекающим милых овечек.

Если хотите жить, задавайте вопросы! Жизнь настолько разнообразна, что сможет любого, — и богатого, и бедного, и умного, и глупого, — «прижать» так, что начнешь задыхаться, и сквозь хрип выдавишь вопрос: «Отчего мне так плохо? Что делать?». Задавать вопросы, значит повиноваться жизни, значит отвечать на ее давление, значит искать выход, значит начать пробуждаться. Прессинг проблем, трудностей, болезней и невзгод — это я и считаю тем, что называется «кабер газаплары», т.е. «муки могилы»[15].

Найдите же выход из могилы. Начните поиск так, как начинали многие, — пожалуйте к священнику. Задайте ему вопрос о том, почему так тяжко жить.

Узнаете о себе так много всего нового, что пожалеете о том, что родились на свет. И как только земля носит вас, — такого грешника. А еще узнаете, что ожидает впереди — не имеющие конца адские муки. Визит с вопросами к священнику напоминает ситуацию «из огня да в полымя». Ищешь выхода из реального ада, в который превратилась жизнь, а получаешь перспективу вечного ада еще и после смерти. Это хорошая тактика для того, чтобы напуганный человек предал себя и своих детей в руки жреца. А жрец будет запугивать его и дальше, чтобы не возникал соблазн остановиться и задуматься: «Странно получается — я искал убежища от ада в этом мире, а получил перспективу адских мук и на том свете».

Вот почему так важны для нас эпитеты Аллаха «ар-Рахман» и «ар-Рахим», т.е. «Милостивейший» и «Милосерднейший». Творец мироздания в качестве главных и наипервейшийх своих качеств называет милосердие и милостивость для того, чтобы вырвать человека из паутины страха. Бог, который провозгласил себя Милостивым и Милосердным, не может быть злобным мстителем и невидимым соглядатаем, наслаждающимся муками своих несчастных жертв.

Задайтесь этими вопросами. Потом придут другие вопросы. Например, вопрос о том, а нужен ли посредник для общения с Богом?

Во все времена для жреческого клана представлял опасность всякий, кто ставил вопрос о праве на самостоятельное продвижение к Богу, к истине — вдруг до смельчака дойдёт, что привычная обстановка является тюрьмой, он сам является заключённым, а желанная свобода находится за её стенами! Хотя свобода, конечно же, не находится за стенами тюрьмы. И вовсе не нужно куда-то бежать. Это было бы крайне несправедливо, ведь будь так,  свобода оказалась бы доступной лишь богатым, которые имеют средства, чтобы путешествовать по миру и находить себе все новых и новых гуру. Истина, открывающая путь к свободе, скрыта в каждом человеке, и поэтому каждый имеет право найти это сокровище. Если ты не нашёл этого сокровища сам, то им будет пользоваться кто-то другой. Если ты сам не стал хозяином своего сознания,  то оно обязательно будет служить кому-то другому.  Если ты не стал хозяином самого себя, то будешь чьим-то рабом.

* * *

Выше я привёл пример того, каким образом в самых верхних из известных мне  эшелонов системы  заботятся о том, чтобы заключённые души оставались в заточении и покорно скармливали свою силу хищнику, повинуясь его ряженым марионеткам. На самом деле способов не допустить контакта души со своим Создателем существует великое множество. Ниже я привожу еще один пример, который можно назвать грубым психическим давлением.

Пример второй

Однажды я выступил с докладом на конференции по проблемам мусульманского образования. В своем выступлении я говорил о том, чему должно служить религиозное образование. И если главной задачей человеческой жизни является восстановление его связи с Богом - салават[16], то и религиозное образование непременно должно сообщать учащимся о том, что, согласно Корану в определенный момент духовной эволюции Аллах начинает общаться  с человеком непосредственно[17]. Свидетельством выполнения упомянутой задачи является начавшееся общение Бога с человеком, который постарался и восстановил связь с Создателем. Следовательно, религиозное образование должно давать человеку четкое представление о предназначении жизни, о возможностях, ею предоставляемых и способах их реализации.

Идеи, с которыми я выступил, были подвергнуты критике со стороны одного из представителей духовенства, а мое напоминание о том, что Бог общается с человеком, он назвал «случаем психиатрии».

Честно говоря, я не ожидал столь грубой выходки от высокопоставленного чиновника. Фактически, я был объявлен безумцем. И произошло прилюдно.

Слова чиновника меня не оскорбили, напротив, я считаю, что удостоился комплимента, ведь в свое время такие же злые слова: «Ты — сумасшедший!» — бросали в лицо Сократу, Иисусу, Мухаммаду. На что Аллах отвечал: «Клянусь милостью Господа твоего, не безумен ты!.. Ты — обладатель великого нрава, а посему увидишь ты, и они увидят, кто из вас безумен…». (68: 2-6).

Спящим не понять деяний бодрствующих. Гусенице, которая до определенного момента обречена ползать, не понять радостей порхающей бабочки. Легко публично обвинить в сумасшествии, когда не имеешь представления об основах религиозности прописанных в Коране: «Аллах не любит публичного произнесения оскорбительных речей, разве только от того, кого обидели» (4: 148). Но на то она и есть мнимая религиозность. От подлинной религиозности она отличается, кроме всего прочего, еще и тем, что «верующий» человек слеп, поэтому и нуждается в законах. Он поступает так или иначе, опираясь на свои знания священных писаний, обычаев, ведь он еще не осознал, что Коран — это жизнь в согласии с сердцем. Его сердце еще не пробудилось. Он еще не знает, что делать добро следует не потому, что так велит Аллах, а потому, что доброта и любовь и есть сущность человека, которую в него вдохнул Господь.

Если задуматься, то можно осознать простую истину: невозможно носить с собой книги с прекрасными наставлениями, дабы каждый раз листать ее страницы в поисках ответа на вопрос о том, как вести себя в каждой из десятков самых различных ситуаций, возникающих в течение лишь одного самого обычного дня. Это значит, что если человек ищет истину в книгах, то он просто не может не ошибиться. Именно по этой причине история полна примерами самого варварского и безумного насилия, творимого одними «кроткими божьими рабами» прилежно исполняющими обряды своей религии, против других, не менее «смиренных и прилежных божьих слуг», усердно отбивающих поклоны!

Пророк Мухаммад сказал: «Тот, кто понял веру и проникся ею, опаснее для сатаны, чем тысяча поклоняющихся». Комментаторы добавляют к данному хадису слово «слепо» так, что получается: «тысяча поклоняющихся слепо». Но Мухаммад не произносил слова «слепо». Это слово является искажением, внесенным богословами, которые себя считают поклоняющимися «не слепо». Мухаммад говорил именно о поклоняющихся, что они не опасны для сатаны, скорее они — бессознательные исполнители его воли. Отсюда — страницы истории, залитые человеческой кровью, ведь любой поклоняющийся — слеп. Ему только предстоит прозреть.   

Человек, «который понял религию и проникся ею», это тот, кто, пройдя, наконец, этап поклонения, выпрямился. Слово кийамат, которое нас учили понимать как воскресение из могил, на деле значит «стать прямо», «воскреснуть». Это и есть человек, который хорошо потрудился и с которым теперь общается Бог. Такой человек не нуждается в книгах и законах, он просто следует велениям своего сердца, в котором живут аяты Корана, который и есть алтарь, где живет Господь, сказавший: «Небеса и земля не могут вместить Меня, но сердце праведного слуги Моего вместит Меня».

* * *

Нижеследующий пример описывает как люди сами удерживают себя в рабстве, поскольку, подобно загипнотизированным кроликам, исполняют указания давно почивших слепцов.

Пример третий

Однажды меня пригласили выступить на собрании мусульманской молодёжи. На этой встрече я говорил о  реинкарнации и о том, что данное понятие являлось важнейшим элементом учения, проповедуемого Мухаммадом.

Когда я закончил, одна из слушательниц задала вопрос:

— А вам известен хадис о том, что человек, который дал собственное толкование аяту Корана, становится кафиром?

Что-то подобное было вполне ожидаемым, ведь понятие реинкарнации и то, что сейчас называется исламом, несовместимы. Но мне в аятах Корана открылись совершенно очевидные указания на существование перевоплощения душ. Конечно же, никто из «правоверных» мусульман не мог потерпеть подобного прочтения Писания.

Я ответил:

— Мне такой хадис неизвестен, но даже если бы я знал о нём, то не принимал бы его за достоверное изречение Мухаммада.

— Почему?

— Это просто: Коран комментировали всегда, и мусульманам известны десятки его толкований. Судя по всему, комментаторы явно не были знакомы с этим хадисом, иначе никто из них не осмелился бы взяться за такое дело. И это были не те люди, которые могли позволить себе не знать изречения Мухаммада об участи, ждущей интерпретатора Корана. Следовательно, в то время такого хадиса не существовало, и его придумали позже.

— Это не доказательство ложности хадиса, — возразила моя оппонентка.

— Хорошо, если такая логика Вас не устраивает, объясню по-другому. Скажите мне, как Вы отличаете правильный комментарий Корана от ложного? Почему моё понимание аята для Вас изначально неприемлемо и еретично, тогда как разъяснение древнего толкователя — приемлемо? Каков Ваш критерий?

— Право комментировать Священный Коран имеют только потомки пророка Мухаммада, да благословит его Аллах и да приветствует! — ответила девушка.

— А я скажу вам вот что: во-первых, если я не имею права комментировать Коран в силу того, что не являюсь потомком Мухаммада, то я буду делать это  на правах того, что являюсь потомком Адама и Евы, которые были уже тогда, когда не было даже одной буковки известного Вам Корана, как и самого Мухаммада. Несомненно, Адам и Ева, с их реально существующим потомством, стоят выше Мухаммада с его несуществующим потомством. Наконец, они видели Бога и говорили с Ним, тогда как Мухаммад так и не был допущен лицезреть Его непосредственно.

Во-вторых, как я уже заметил, пророк Мухаммад не оставил после себя потомства. Объясняю: Вам, наверное, известно, что арабы свою генеалогию вели по мужской линии. В этом смысле у Мухаммада не было шансов — он не имел сына, оставившего после себя внуков пророка. По этой причине генеалогия потомков пророка - сейидов начинается с его дочери Фатимы. Но Фатима не является продолжательницей рода Мухаммада, она продолжательница рода своего мужа, пусть даже такого видного человека, как досточтимый хадрат Али. Если учесть этот факт, то выходит, что на земле вообще нет никого, кто имел бы право комментировать Коран!

Таковы были мои ответы девушке на тот момент. Однако разъяснения продолжали поступать ко мне и после разговора с ней. Я записал их и теперь имею возможность изложить подробное объяснение, открывшееся мне в связи с упомянутым «хадисом»:

— Если право толковать Коран принадлежит лишь потомкам Фатимы и Али (двоюродному брату пророка), то это будет значить, что кровное родство превосходит братство по духу. Однако в Коране ясно сказано, что подлинными братьями являются только верующие: «Верующие, воистину, не иначе, как братья» (49: 10). Более того, Коран призывает оставаться верным Аллаху и духовному родству, даже если это чревато разрывом кровнородственных отношений, и даже разрывом с самим собой! Взгляните только на нижеследующие аяты:

«О, вы, кто верует, будьте хранителями справедливости, носителями свидетельства для Аллаха, даже если оно против вас самих, или против родителей (ваших), или близких родственников — будь то богатый или бедный» (4: 135).

Ещё аят: «О, вы, кто верует, не берите себе в друзья ни отцов, ни братьев, если чтут они неверие паче веры. А кто из вас возьмёт их в друзья, те — грешники. Скажи: «Если ваши отцы, и жёны ваши, и родичи ваши, и добро, которое вы накопили, и торговля, застоя которой вы опасаетесь, и жилища, что нравятся вам, дороже  вам, чем Аллах, Посланец Его и усердие на Его пути, то ожидайте, пока не будет повеления от Аллаха...»  (9: 23-24).

Вот ещё один аят: «Не найдешь ты такого народа, который веровал бы в Аллаха и в Последний день, и при этом любил бы тех, кто противятся Аллаху и посланцу его, даже если это отцы их, или братья их, или родня их...» (58: 22).

Зная эти аяты, кто осмелится утверждать, что кровное родство выше родства по духу и вере?

Если людьми, способными правильно понимать Коран были бы только потомки Мухаммада, то Аллах в Коране обращался бы к его потомкам, то есть к т.н. сейидам. Но в Коране, насколько мне известно, не имеется ни одного такого примера. Напротив, Аллах, за исключением тех случаев, когда он говорит непосредственно с Мухаммадом, обращается к людям вообще, как к верующим, так и к неверующим.

Я слышал о так называемых сейидах. Считается, что они, в силу кровного родства с пророком обладают особым качеством - барака, или божественной благодатью, отличающей их от обычных людей, — в этом убеждал меня один человек, профессионально занимающийся психологией. Я далек от психологии, но все же чувствую, что подчёркивание кем бы то ни было своего родства со знаменитым, знатным, могущественным родственником свидетельствует о скрытых комплексах. Человек может быть негодяем, и тот факт, что его родственник — влиятельный политик, министр или президент дела не меняет. А когда речь идет о родстве с пророком Мухаммадом, то здесь все гораздо серьезнее: еще бы — толпы верующих будут благоговеть перед тобой, как носителем божественной благодати. Как сладко купаться в лучах такой славы! Так и любой проходимец сойдет за святого. Образ детей лейтенанта Шмидта из известного романа — классический тому пример. Однако какова цена уважения, обретённого не своим трудом? Подобные пустые титулы могут заворожить только глупца. Зрелый человек все узнает по поступкам. И, наконец, деяния этих самых сейидов не свидетельствуют о том, что творящие их как-то отмечены Богом и находятся с ним в близких отношениях.

— Можно подумать, что только те, кто относится к роду Мухаммада, отмечены Богом и пользуются какими-то льготами, словно бы на них поставлен Знак качества, а остальные люди неполноценны! Это — идеология, подходящая для высокомерных и надменных людей, пестующих чувство собственной исключительности и важности. Их можно было бы понять, если статус сейида гарантировал бы какие-то послабления в день Суда, ожидаемого верующими, если бы родство с пророком могло избавить счастливца от страданий и господнего гнева. Но существует аят, в котором говорится: «... и страшитесь дня, когда ни один отец ни в чём не сможет помочь сыну своему... пусть не вводит вас в заблуждение жизнь этого мира, и пусть не проведёт вас великий обманщик об Аллахе» (31: 33). Так что, даже Мухаммад не смог бы помочь не только своим потомкам, но даже и своим сыновьям, если бы они у него были: «... ни один отец, ни в чём не сможет помочь сыну своему...».

И вообще, если читатель не знал, то отныне будет знать: «Мухаммад — не отец ни для кого из ваших людей, он — Посланец Аллаха и Печать пророков...» (33: 40).

* * *

Итак, Аллах обращается к людям, и в Коране этот факт совершенно очевиден. Аллах обращается к людям ежесекундно, и этот процесс непрерывен. Но почему люди Его не «слышат»?

По причине того, что их сознание находится под контролем. Адам потерял связь с Аллахом в тот момент, когда позволил сатане управлять своим сознанием, поддавшись нагоняемому им страху.

Видя в Адаме конкретного человека, верующие скорбят и проклинают обольстителя. Такой подход бесплоден и заводит в тупик, поэтому-то пророк Мухаммад запретил проклинать сатану. Но если стать взрослее и начать понимать под Адамом не конкретного человека в далеком прошлом, а собирательный образ человека вообще, то непременно поймешь, что «падение» происходит с каждым из нас.

Это нормально, ведь без семени, упавшего в землю, не может расцвести ни один цветок. То же и с душой.

Тем более, что ей помогает Бог, наставляя и направляя. Но так сложилось, что людям не позволяется даже надеяться на непосредственный контакт с Богом. Более этого: люди проживают жизнь, так и не узнав, что они могли обрести способность общаться с Богом. Запрет на самостоятельное понимание Писания издавна служил именно для того, чтобы люди не узнали о такой возможности, о замечательном даре Бога человеку. Печально, что священнослужители и богословы стеной встают между человеком и Богом, беря на себя роль знатоков и толкователей божьего послания. Эти самонареченные посредники скрывают божественные подсказки на пути обретения истины. Отсюда становится понятным, что, поскольку со смыслами коранических аятов мы вынуждены знакомиться в интерпретации предприимчивых лиц, выдававших и выдающих себя за богословов или «потомков Мухаммада», потому мы и не знаем, какой он на самом деле — ислам, что это такое — Коран.

Ясные» и «иносказательные» аяты Корана

Считаю необходимым разобрать вопрос о делении аятов Корана на «ясные» и так называемые «иносказательные».
Причина моего внимания к данной проблеме заключается в том, что это деление представляет собой аргумент для тех, кто из века в век критиковал и осуждал любого за новое прочтение и неординарное понимание божественного откровения. При этом критики всегда апеллировали к следующему аяту: «те же, чьи сердца извращены, следуют части иносказательной, стараясь увести в сторону и стараясь дать ей (своё собственное) толкование…» (3: 7; перевод Мухаммада Али). Разумеется, автору этих строк будет отведена роль того, «чье сердце извращено».

Но, есть один важный момент, и заключается он в том, что приведенный выше аят на этом не заканчивается. Далее в нём говорится следующее: «Но никому, кроме Аллаха и тех, кто твёрдо укоренены в Знании, не ведомо толкование её. Говорят они: «Мы веруем в это, всё это от Господа нашего». И никто не разумеет, кроме людей понимания» (3:7).

Итак, подлинный смысл «иносказательных» аятов Корана, а то и всего Корана известен Аллаху и тем, кто «твёрдо укоренён в знании». Конечно, служители культа полагают, что они и есть те, кто «твердо укоренен в знании», поскольку они потратили годы своей жизни на изучение религиозных наук.

Но могу ли я отнести их к категории людей знающих и способных понять смыслы коранических аятов?

Нет, не могу, и вот почему: священнослужителям присуща уверенность в том, что они веруют в Аллаха и поэтому могут учить других. Но Аллах говорит иначе: «Не дано ни единой душе (нафс) уверовать, кроме как по соизволению Аллаха» (10:100). Заметьте, что Аллах не говорит «не дано ни единому человеку уверовать…», но говорит «ни единой душе (нафс)». Это означает, что человек как личность, эго - нафс или социальный субъект и носитель самости может вообразить о себе что угодно. Он может даже носить чалму и проводить коллективные молитвы. В этом свете интересно обратить внимание на феномен, который получил название нафс натика, т.е. «говорящее (рассуждающее) эго». Я назвал бы это понятие «внутренним диалогом». В Коране имеется выражение «Инна-н-Нафса ла-Аммааратун  би-с-Суу‘и» (12: 53), т.е. «Воистину, Эго побуждает ко злу». Каждый из нас способен на себе проверить как это происходит. Речь идет о внутреннем разговоре человека с самим собой, в ходе которого одна его часть убеждает другую добиваться, к примеру, тех или иных материальных благ, карьеры, власти, переступая через веления совести, игнорируя голос внутреннего судии.

Полагаю, читатель уже понял что, вернее, кто скрывается за этими именами («нафс натика», «внутренний диалог», «нафс аммара», «эго», «самость»). Я же позволю себе заявить, что ни кто иной, как «говорящее эго» воображает себя правоверным, мусульманином, ханафитом, татарином, арабом и т.д. и т.п.  Однако внушения «говорящего эго» о том, что его носитель идет по Прямому пути, совсем не означают, что сознание — рух, путешествующее в том или ином человеческом теле, действительно осознало Аллаха. Пример тому — невежество и недостойное поведение некоторых из тех, кто, облачившись в священнические одеяния, говорит об Аллахе, и учит праведной жизни. Старательно ими утаиваемая порочность, все же, выдает себя в их поведении. Окружающие люди  видят эти неблаговидные поступки, недоумевают, но всё же приглашают их в свои дома и позволяют им совершать религиозные обряды, поскольку чтят традиции. Не пора ли, наконец, научиться различать и делать выводы? Аллах давным-давно сказал: «И клеймит Он нечистотой тех, кто не понимают» (10:100). И от этих слов не скроешься под чалмой.

Поскольку сам Аллах заклеймил подобных «специалистов по духовности», то я не буду следовать их заведомо неверному пониманию знамений Корана, но буду идти за видением моего собственного сердца. В общем-то, так должен поступать каждый. Тогда-то и падут печати, хранящие тайны божественного откровения в аятах, называемых мухкам (ясные) и муташабихат (иносказательные). Примеры этого будут обильны в самом тексте толкования Корана, которым я буду делиться в дальнейшем. Но чтобы не быть голословным, я уже здесь приведу один пример для того, чтобы дать читателю возможность прочувствовать многозначность коранических откровений. Вот мой пример:

Всем мусульманам известны аяты суры «Фатиха», без многократного повторения которых не обходится ни один намаз, ни один обряд, ни один религиозный меджлис. Здесь мы рассмотрим лишь один из аятов этой суры Корана. По-арабски он звучит «Ихдинаа с-Сираата л-Мустакиима», что в переводе означает примерно следующее: «Наставь нас на Прямой путь», или «Веди нас стезёй Праведной».

Теперь вспомним, что всякий мусульманин уверен в том, что он находится на Прямом пути. Так он полагает по той причине, что провозглашает сакральную формулу «Лаа илаха илла Аллах», т.е. «Нет божества кроме Аллаха», и исполняет религиозные обряды. Я помню одного мужчину, которого видел однажды в магазине мусульманской литературы. Собрав возле себя группу богомольных старушек, он громко вещал: «Мы — мусульмане, — находимся на  Прямом пути, потому что мы читаем намазы, держим уразу. Остальные заблуждаются!»

Самоуверенные слова этого голосистого мужчины ударили по моему слуху. И в следующее мгновение Аллах озадачил меня вопросом: «Прислушайся — этот человек уверен, что уже находится на Прямом пути. Так почему же он каждый раз во время намазов неоднократно просит Меня: «Наставь нас на Прямой путь»?

Ошеломленный такой постановкой вопроса, я задумался: действительно, это напоминает поведение человека, который, желая пить, дошел до родника и кричит при этом: «Воды! Дайте воды!». Можно, конечно, поспорить со мной. Меня убеждали в том, что этот аят следует понимать как «Веди нас Прямым путем». Действительно, такая  трактовка с лингвистической точки зрения выглядит более убедительной. Порассуждаем же об этом:

Итак, мы имеем два варианта понимания аята: 1) «наставь нас на Верный Путь», и 2) «веди нас по Верному Пути». Следует обратить внимание на то, что в обоих случаях речь идет о просьбе, адресованной к Богу: наставь и веди. В первом варианте просьбы  подразумевается, что человек не способен самостоятельно найти Верный Путь — ему требуется божья помощь, а потому человек взывает: «Наставь!»

Во втором варианте, который подразумевает, что человек просит Бога вести его по Пути, не все так просто и скромно, как кажется. Если разобраться в содержании просьбы, то выясняется, что помощь Бога в этом случае требуется после того, как человек самостоятельно нашел Путь. Подчеркиваю — самостоятельно, ведь на этот раз в его просьбе нет и намека на участие и помощь Бога в поисках Пути человеком. Таким образом, человек не просит Бога помочь ему прийти к Пути, найти Путь, полагая, что Путь он нашел сам, и сам же решил, что это и есть Верный Путь. Теперь можно расслабиться, и свысока бросить окружающим: «Вы заблуждаетесь!».

Это есть ни что иное, как решение самодовольного «Я», пресловутого «говорящего эго»! Такое «Я» неописуемо коварно. Вот как Аллах описывает его: «Ведь оно все замыслило и рассчитало! Да будет убиенно оно, как оно рассчитало все! И как устроило!» (74:18). Оно усыпило человека, и заманило его в ловушку ощущения безопасности и богоугодности. Но нельзя забывать следующих слов Аллаха: «Никто не чувствует себя в безопасности от  замыслов Аллаха — разве что народ, обреченный на погибель» (7:99). Обман и подмена стали возможными потому, что человек еще не нашёл истинного себя, своего источника, своего начала, связующего его с Богом. Вот что ещё говорит об этом Аллах в одном из хадисов: «Все вы находитесь в заблуждении. И только Я наставляю. Поэтому ищите Моего руководства, чтобы Я мог наставить вас».

Слова Бога «ищите Моего руководства» перекликаются с приведенным выше аятом. Если это так, то и просьба, озвученная в аяте, должна пониматься как мольба о «наставлении» на Путь, а не о «ведении» по нему.

Следует также понять и то, что исполнение кем бы то ни было пятикратных молитв и других обрядов не свидетельствует о том, что этот человек уже идет Верным путем. Это говорит только о том, что человек ищет Путь. В своем поиске он выбрал путь, предложенный пророком Мухаммадом, и, повинуясь уставу посланника, стал  мусульманином. Иными словами, человек, исполняющий обряды ислама, получил только возможность просить Бога о наставлении на Верный Путь в установленной Им форме. Не более того. Именно поэтому он раз за разом и молит Бога: «Наставь нас на Верный Путь!».

Сказав «а», скажу и «б»: когда Бог откликается на просьбу и выводит человека на Путь, необходимость в молитве отпадает. Звучит ужасно еретично, правда? Не спешите обвинять меня в том, что я даю нерадивым верующим аргумент для того, чтобы отказаться от обязательных молитв. Тот, кто ищет способа избавиться от пятикратного намаза, найдет его и без моей помощи. Одно дело, когда человек отказывается от намазов из-за лени или других «уважительных» причин. Это не приведет к покою, к исламу.

Совсем другое дело, когда сам Аллах избавляет от необходимости исполнять фард[18] душу, завершившую данный этап пути. Внешне это выражается в том, что человек перестает совершать намазы. От того, кто ищет способы и оправдания для того, чтобы не исполнять намазы такой человек отличается своим благополучием и покоем. Ибо он вылечился. Задумайтесь: лекарство не пьют после выздоровления. Поэтому, если просьба о наставлении на путь адресовалась Богу, в существование которого человек непоколебимо верил, а потому и ждал (!) ответа, то он непременно почувствует ответ Бога. Получив его, такой человек не будет совершать глупость, продолжая доставать Бога просьбами: «Наставь на Прямой путь!»

Итак, аят «Наставь нас на Прямой путь», является муташабих, т.е. иносказательным, а значит тот, чье «сердце извращено», декламируя этот аят, будет считать себя настоящим верующим, принявшим ислам и, соответственно, вышедшим на Путь благодаря собственному волевому акту. Пример такого случая — тот мужчина в магазине. До такого человека вряд ли дойдет, что факт усердного  и постоянного декламирования этого аята отнюдь не означает, что человек уже обрел Путь. Если же с сердцем все в порядке, то человек будет декламировать аят, осознавая его подлинный смысл, т.е.  рассматривая его как просьбу к Богу о помощи и наставлении, поскольку без его участия и содействия просто невозможно выйти на заветный Путь.

У меня был случай, подходящий в качестве иллюстрации к этой ситуации: в одном из копировальных салонов я  заказал несколько копий своей научной работы, посвященной богословскому наследию Мусы Бигиева. Все сотрудницы салона были мусульманками в хиджабах. Перекладывая готовые страницы работы, одна из них заметила строки, где речь шла о фетве Бигиева, в которой он доказывал, что мусульманский пост-ураза не следует исполнять в тех регионах, где бывают долгие дни и светлые ночи, а также — полярный день. Естественно, у девушки возникли ко мне вопросы. Я посоветовал ей познакомиться с трудами Бигиева и узнать все подробности из них, и направился к выходу. В этот момент другая девушка, слышавшая наш разговор, решила блеснуть своим знанием ислама. Она выпалила мне вслед: «Мусульманин должен держать уразу, потому что это фард, установленный Аллахом».

Вступать в спор я не собирался, ведь она сказала правду. Но когда, выйдя из салона, я прошел всего несколько шагов, во мне буквально прозвучал ответ от Аллаха, который можно было дать той девушке: «Если Я установил что-то в качестве обязательного действия, то никому не дано обойти Мою волю, и не исполнить предписанного».

Ошеломленный, я просто застыл на месте, пока мое сознание пропитывалось смыслом внезапного озарения. Как удивительно просто: ни одной душе не дано пройти мимо состояний и этапов роста, предписанных Богом! Невозможно стать бабочкой, не прожив жизнь гусеницы.

Оказывается, человек сильно заблуждается, полагая, что он исполняет предписания Бога по своей воле. Лишь под гипнозом своего «говорящего эго», которое убедило человека в том, что он уже нашел Путь, человек решает, что  исполняет фарды. При этом он переполняется чувством собственной важности, когда видит тех, кто, как ему кажется, не исполняет предписаний Бога. Обладатель «извращённого сердца» забывает о том, что его тело, руки, ноги, язык, мозг и всё остальное, как и сама возможность совершать поклонение, даны ему Господом. Человек не приобрёл ни одной из перечисленных вещей сам. Как же можно просить награды или даже надеяться на неё, пользуясь ради обретения ее тем, что изначально человеку не принадлежит? Предположим, некий хозяин дал работнику, нуждающемуся в заработке работу, инструменты и все необходимые материалы. Работник сделал дело, за что и получил деньги, которые он вправе использовать в своих интересах. Но как он будет выглядеть, если потом, забыв о всяком приличии, он потребует благодарности от хозяина за сделанную работу? Не происходит ли нечто похожее и с тем, кто за свою молитву ожидает награды? Ведь сама возможность молиться - есть дар.

Итак, никто не может «согласиться» или «не согласиться» исполнять обязательные предписания Бога! Это делают все! В Коране об этом сказано так: «Всё сущее на небесах и на земле поклоняется Богу вольно или невольно». Иллюзия о свободе выбора (верить в Бога или не верить, поклоняться Ему или нет), равно как и губительное заблуждение, вроде этого: «Только мы, мусульмане, находимся на Прямом пути, мы читаем намазы, держим уразу. Остальные заблуждаются», — все это стало возможным только в силу внутренней разделенности, шизофреничности человека, из-за его болезни, из-за сна, о котором говорил пророк Мухаммад: «Люди спят. Умирая, они просыпаются».

Да, разделенный  человек, то есть личность, считающая себя автономной единицей, — это Адам, изгнанный из рая. Это тот, кто потерял осознание своей соединенности со Вселенной, с Богом. Поэтому для такого человека естественно пребывание в иллюзии, что он выбрал покорность Богу. Но человек как воплощение духа на материальном плане, точнее сам дух, изначально связанный с Богом, не способен выбирать. Он просто исполняет божественную программу, суть которой заключается в «выращивании» его Богом. Когда дух созревает окончательно, т.е. просыпается до физической смерти[19], тогда приходит свобода, и начинается рай. А до того —  бессознательное исполнение божественной Программы роста и становления, происходящее с духом «во сне», в колесе перевоплощений, между жерновов ада.

В свете нового понимания для меня совершенно другим смыслом наполняются такие понятия, как шахада, салават, ураза, закят, хаджж. Оказывается, это не то, что исполняется телом человека. Это названия состояний, через которые проходит дух на своем пути к воскресению и вознесению. Поэтому было бы правильнее говорить о духе, пребывающем в состоянии шахады, состоянии салавата, состоянии уразы, состоянии хаджа, состоянии заката. Отсюда следует, что любой воплощенный дух на нашей планете, независимо от убеждений, национальности и тому подобных частностей, которые относятся к телу, в котором он обитает, находится в процессе становления, в процессе воскресения. Поэтому каждый человек, точнее — каждый воплощенный дух занимает какую-то определенную степень «в со-знании Бога», более или менее «близок» или «далек» от него. Точно так, как сказано в Коране: «И каждому своя степень по делам его» (6: 132).

Мужчина в книжном магазине, девушка из салона явили собой примеры заблуждения, вызванного слабостью духа и могуществом торжествующего эго, того самого сатаны, давшего нам свой разум, заключения которого мы принимаем за свои собственные.

Страшная картина: внешне они люди как люди, но изнутри ими управляет «нечто встроенное извне», если говорить словами упоминавшегося уже дона Хуана Матуса из книг К.Кастанеды. В таком состоянии человек просто обречён на неверное понимание смысла, скрытого в заученных наизусть фразах и доведенных до автоматизма действиях. Ведь сатана и видит за него, и слышит...

Казалось бы, аят из суры «Фатиха» имеет очевидный и однозначный смысл, и потому относится к категории мухкам. Но, как было продемонстрировано выше, он оказывается иносказательным… Или вспомним ритуальный пост - уразу.

Мусульмане говорят: «Ураза отличает мусульманина от немусульманина». Но реальность такова, что нет никого, кто мог бы избежать поста-уразы. Сопровождающие человека нужда, разнообразные лишения, болезни, потери, банальная бедность и неспособность иметь желаемые вещи или отношения и многие другие, на первый взгляд, негативные условия являются состоянием поста, который так или иначе проходят все люди. Вот и получается, что все мы покорно исполняем божественную программу, хотим мы того или нет. А коль так, то я, как мусульманин (иудей, христианин, татарин, русский, мужчина, женщина, богатый, бедный...), ничем не лучше и не хуже остальных людей. Я равный среди равных. Осознать это — значит избавиться от всех форм недоверия, вражды и ненависти между людьми. Это значит начать новую жизнь без обмана, без политических границ и национальных интересов, жизнь, ориентированную на понимание, сострадание и любовь. Это значит стать единым экипажем космического корабля, несущего нас по бескрайней Вселенной.

Разве можно удержаться, не поделившись с миром такими вдохновляющими открытиями? Разве правильно поступит путник, если он утолит жажду во вдруг обнаруженном им источнике, но не сообщит о нём своим спутникам?

Разве можно удержаться, не поделившись с миром такими вдохновляющими открытиями? Разве правильно поступит путник, если он утолит жажду во вдруг обнаруженном им источнике, но не сообщит о нём своим спутникам?

Нет необходимости принуждать тех, кто не проникся жаждой, пить воду. Поэтому Аллах и говорит: «Нет принуждения в религии». Только Богу ведомо, когда придёт их время прильнуть к живительной влаге.

Я отлично понимаю, что мои озарения будут поняты немногими из мусульман. Как бы там ни было, все, что о чем я пишу, пережито мною лично. Пишу так, как вижу. Говорю то, что открывается мне в сердце. Ничего неличного, только мой собственный опыт — главная моя правда. Впредь я не собираюсь обращать внимание на упрёки тех, кого «говорящее эго» убедило в том, что они-то и есть «верующие». Ведь других это же «говорящее эго» убедило в том, что они «христиане», «православные», а третьих убедило в том, что они «слуги народа», «патриоты», «демократы». Список бесконечен.

Меня не интересует разнообразие мусульманских и любых других самоназваний. Меня интересует лишь трансформация из состояния сна в состояние бодрствования, из состояния разделённости в состояние живого и радостного всеединства, иными словами в состояние таухида, который  и является фундаментом состояния души, которое по-арабски называется ислам, по-японски — сатори, у индусов — мокша, а у буддистов нирвана. Какие бы названия не носили реки, все они впадают в Океан. А люди сопротивляются, не желая лишаться своих «названий» и это не позволяет им «утонуть» в Боге.

Мне открылось, что подлинной религиозностью, — таухидом, — начинают проникаться лишь те, кому даровано Знание[20]. Об этом есть такой аят: «Воистину, Аллаха стыдятся[21] только те из слуг Его, которые обладают знанием» (35:28). Обратите внимание, что в данном аяте не упоминаются перечисленные выше категории «религиозных» людей.

Это означает, что «мусульмане», «верующие», «правоверные», «ахлу-с-Сунна ва-л-джамаа», «ахлу-л-Адл ва-т-Таухид» и другие носители подобных самоназваний не знают Аллаха, а потому не способны наладить с Ним осознанный контакт и строить правильные отношения с миром. Они убеждены, что «нет бога кроме Аллаха», и мечтают о том, чтобы все люди стали мусульманами и обращались к Аллаху по-арабски. Это крайне инфантильное представление об Аллахе и приводит к профанации и искажению смысла коранических аятов. В этом кроется причина трагедий и горя, которые причиняют людям всякого рода религиозные фанатики.

Другое дело «обладатели Знания»: только им под силу раскрытие сути коранического послания, поскольку, как следует из аята, лишь Обладатели Знания свидетельствуют о том, что нет ничего, кроме Бога.

Вот еще один удивительный аят об обладателях Знания: «Свидетельствуют Аллах, и ангелы, и Обладатели Знания, что нет бога, кроме Него» (3:18). Обратите внимание, что здесь нет и намёка на то, что о единственности Аллаха, помимо Его самого и Его ангелов свидетельствуют, также и перечисленные выше категории людей: «мусульмане», «верующие», которые неустанно произносят свидетельство «Нет Бога кроме Аллаха». То, что свидетельство таких людей основано не на Знании, но лишь на решениях «говорящего эго» видно из того, как на исторической арене одни почитатели «Единого Бога» уничтожали других почитателей «Единого Бога»[22].

Иными словами, Обладатели Знания (улуу-л-‘илм) это те, чьё свидетельствование-шахада — настоящее. Напомню, что шахада — переводится как «видеть», «свидетельствовать», т.е. Обладатель Знания это тот, кто буквально видит, что есть только Бог. Поэтому-то Обладатели Знания, как носители подлинного осознания присутствия Бога, не способны игнорировать слова Аллаха, которые он выгравировал в их сердцах: «Те же, кто скрывают ясные доказательства и руководство, которое Мы открыли после того, как пояснили это в Книге для людей, это те, кого проклинает Аллах…» (2:159). Так что их удел — идти к людям и сообщать им то, о чём Бог даёт им разъяснение. Их удел — напоминать, поскольку они — Посланники Бога. 

Я не оговорился, говоря о посланниках Бога. Да, мне известно, что Мухаммад назван в Коране последним пророком (хатам ан-набийин) (33:40). То же самое Мухаммад говорил про себя в хадисах, поэтому мусульмане верят в то, что пророков больше не будет. А я знаю, что их больше не будет. Но дело даже не в этом. Ошеломительная новость состоит в том, что Мухаммад не назван последним посланником: «Мухаммад... Посланец Аллаха (Расул Аллахи) и Печать пророков (Хатам ан-набийин)» (33:40). Исходя из этого, становится ясным, что пророков (т.е. наби‘ ) больше не будет, но это не означает того, что в дальнейшем не будет посланников (расул), ибо аят совершенно определённо разводит эти два понятия[23]. Более того, в Коране имеются сообщения о том, что процесс низведения откровения к людям не прекращён: «Ниспосылает Он ангелов с откровением по повелению Своему к тем из слуг Своих, к кому Он пожелает, говоря: «Предостерегайте, что нет бога кроме Меня, так исполняйте же долг свой передо Мной» (16:2). Слова «Предостерегайте, что нет бога кроме Меня», означают, что Аллах велит таким людям идти к другим и напоминать им, что нельзя жить неосознанно и безответственно, что жизнь не случайность, что у нее есть свои законы. Но ведь это ни что иное, как посланничество! Известны также и слова Мухаммада: «В моей общине найдутся люди, с которыми будет говорить Аллах, но не будут они пророками».

Один мусульманин убеждал меня, что все, что было нужно, Бог сказал в Коране, и больше после этого никогда ничего никому не говорил. Но мой опыт говорит о том, что Бог жив, и он никогда не переставал говорить. Только для того, чтобы услышать его, нужно самому стать живым!

В своих книгах я делюсь тем, что было мне открыто. Каждого из нас ждут новые удивительные открытия, только не останавливайтесь, очарованные чужими рассказами. Сделайте критерием истины свой собственный опыт. Не успокаивайте себя фантазиями о том, что «приняв» ислам вы нашли Бога. Ислам  нельзя принять, как таблетку, или доктрину. Его можно только вырастить в себе. Для того и даны обряды. В них нет ничего священного. Им специально придан такой высокий статус, чтобы человек с почтением приступил к их исполнению. Обряды — это как ступени космической ракеты — они должны отработать, выведя ее на новые орбиты духовной жизни. Сработают эти «механизмы», или нет — зависит от силы и чистоты, словом, безупречности человеческого намерения. Если ракете доставляет удовольствие восхищение зрителей, очарованных стройностью форм, блеском деталей и красотой ревущего пламени, вырывающегося из сопла, то она вряд ли взлетит туда, куда ей предназначено попасть.

Не останавливайтесь, пока не обретете хотя бы «капельку» Бога, пока не ощутите хотя бы едва заметное  прикосновение его дыхания, Его живого присутствия. Этого достаточно, чтобы изменилось все. В том числе и понимание Корана.

Аннулированные» и «вменённые» аяты Корана

Знатоки Корана могут заметить, что я не обращаю внимания на так называемые «аннулированные» аяты Корана. Дабы мои оппоненты не тратили время на критику, с пользой потратив его на другие дела, я сразу же внесу ясность в этот вопрос: Аяты Корана, это, образно говоря, «собственность» Бога, и только он принимал решение в каком порядке их низводить, какие оставить, какие заменить, а какие стереть из памяти людей: «Аллах стирает то, что Он пожелает, и упрочивает, и у Него — Матерь книги» (13:39). Сохранилось даже звучание некоторых аннулированных ещё при жизни Мухаммада аятов, и за которыми не сохранилось места в Коране. Об одном таком примере я уже писал в книге «Секс в свете хадисов»[24].

Одно дело, когда аяты заменялись при живом пророке, состоявшем в контакте с Богом. Но когда вопрос о замене одних аятов другими решается после его кончины, то это, согласитесь, совсем другая история. Теперь уже не пророк объявлял волю Аллаха о судьбе тех или иных аятов, но так называемые «специалисты», т.е. богословы решали, что делать с аятами, которые с течением времени, как я догадываюсь, вдруг становились «неудобными».

Так давала о себе знать извечная тяга избранных, допущенных одновременно к работе и с откровениями, и с массами, к утаиванию божественных посланий и замене их своими измышлениями. Эта тяга к сокрытию и внесению изменений возникает не вдруг. С одной стороны, у нее глубокие корни, с другой стороны, она обусловлена внешними обстоятельствами. Многие изменения привносятся богословами и священниками, но не потому, что они знают, что есть истина, а потому, что они должны подстраиваться под нужды людей. Когда просветленный Будда, Иисус, или Мухаммад производит какое-либо изменение, он оперирует двумя категориями: открывшейся ему истиной и уровнем сознания людей, создавая между ними мост. Но когда священник смотрит на людей, он видит лишь людей, обусловленных политикой, традициями, экономикой. Истину он не видит, ибо у него нет контакта с ней, поэтому он постоянно изменяет религию. Он не может не изменять ее, ибо, не имея внутреннего стержня в форме общения с Богом, просто обречен подстраиваться под настроения масс, под требования власти, а также учитывать и свои собственные интересы.

В действительности, изменения генерируются и пророками, и священниками, только сущность таких изменений разная: пророки трансформируют сознание людей и, как результат, изменяют отжившую свой век общественную систему. Так они воссоздают религию вновь и вновь. Они являются живой манифестацией образа жизни в связи с Богом, т.е. религии. Поэтому-то Коран и провозглашает единосущность всех пророков. Изменения же, привносимые священниками, направлены на сохранение традиционного уклада жизни за счет разрушения религии, т.е. связи с Богом. Именно к ним обращены коранические упреки по поводу судьбы предыдущих откровений (Тора, Ветхий Завет, Евангелия), искаженных человеческим вмешательством.

Однако исказить Коран было не так-то просто. Прежде всего, отсутствовал официальный институт священнослужителей. До этого были языческие жрецы, иудейские левиты, христианские папы. Уникальность миссии Мухаммада была в том, что впервые за всю историю религия в период своего становления, равно как и люди, последовавшие за пророком, оказались свободными от диктата жреческого клана.

Иными словами, в первые десятилетия после Мухаммада Писание не могло быть узурпировано служителями культа, ибо таковых попросту не существовало. Так что, никто не мог переписать откровение, поставив его на службу своим интересам. Позднее, конечно, всё пошло по проторенной дорожке, сформировалась иерархия служителей культа, клан учёных-богословов, преданно служивших интересам правителей. Я, конечно, не имею в виду таких выдающихся деятелей, как Абу Ханифа, Малик Ибн Анас, Ибн Таймийа и многих других, которые подвергались гонениям со стороны властей и представителей мусульманской ортодоксии. Мы говорим о тех, в чьих руках Коран превратился в орудие манипулирования массами и человеческим сознанием. Ими были разработаны соответствующие способы устрашения инакомыслящих, начались преследования по идеологическим мотивам, практиковались ужасные казни так называемых еретиков и критиков. В общем, в истории мусульманства имело место всё, что обычно происходило раньше в других религиях. После света как всегда наступила тьма, и религия оказалась в руках начитанных слепцов.

Во-вторых, много людей в мусульманском мире были грамотными, и могли читать Коран самостоятельно. Жречество, при всем своём влиянии, не могло оградить людей от Священной книги. В Европе, где не то, чтобы простолюдины, а даже короли ставили вместо подписи крестики, было проще — Библию сохранили в переводе на мёртвую латынь, которой владели только священнослужители. Однако мусульманские «учёные» все же нашли способ манипулировать сознанием масс. Те из них, кто был обласкан властью, помимо преследований своих оппонентов и диссидентов, осмелились открыто искажать смыслы коранических посланий. История ислама с незначительными отличиями в лице Корана, не поддающегося фальсификации, повторяла путь уже пройденный иудаизмом и христианством. Например, вместо того, чтобы удалять «неудобные» места Корана, заменяя их текстами собственного сочинения, как это делали с Библией на Западе, придворные богословы стали объявлять те или иные его аяты аннулированными. Применялись и другие способы искажения коранического откровения, но сейчас речь не о них. Я говорю о практике насх - мансух, (аннулирования аятов и замены одних аятов другими), которая возникла уже после кончины Мухаммада.

Прежде, чем продолжить, вспомним аяты:

«Мы не отменяем послание или не делаем так, чтобы забылось оно без того, чтобы не прислать взамен лучшее или подобное тому» (2: 106);

«А когда заменяем Мы один аят другим аятом…» (16: 101);

«Аллах стирает то, что Он пожелает, и упрочивает, и у Него — Матерь книги» (13: 39).

Из перечисленных аятов следует только один вывод: решив собрать Коран после смерти Мухаммада, Абу Бакр и другие участники этого мероприятия собирали, с позволения сказать, последнюю официальную версию Откровения. Всё, что следовало удалить из него, было удалено самим Мухаммадом, всё, что следовало вписать — вписано с его слов, всё, чему следовало быть забытым, было забыто. Сам Аллах контролировал этот процесс: он стёр всё, что  пожелал, и упрочил всё, что пожелал. Имел ли кто-нибудь после этого право аннулировать аяты или заменять одни аяты другими? Полагаю — никто. Это означает, что в дальнейшем подход к тексту откровения с ножницами, под названием насх-мансух был недопустим ни под каким предлогом.

Считаю, что пришло время обратить внимание на тот факт, что при жизни Мухаммада, когда происходил процесс трансляции небесного откровения, параллельно шла и переработка уже поступившего материала. Приведенные выше аяты свидетельствуют именно об этом: откровения жили своей жизнью, одни отменялись, другие вменялись, третьи просто «стирались» из памяти людей. Это очень важный момент для моего дальнейшего повествования, поэтому прошу его запомнить[25].

Однако многие ведущие богословы, судя по всему, имели свое мнение по этому вопросу и, видимо, не считали Коран законченной книгой. Будь иначе, разве стали бы они отменять мешающие им аяты, ссылаясь на другие аяты, которые говорили о совсем других вещах, пользуясь тем, что в их содержании имелись понятия, созвучные понятиям отменяемых аятов?  Например, аят  «Аллаху принадлежит и Восток, и Запад. Так что, куда ни повернёшься — там лик Аллаха» (2:115), был, якобы, отменён аятом «… повернись же лицом твоим к Священной Мечети» (2:144)[26]. 

Искажая дух и суть религии  в угоду политике и личным амбициям, богословы, успокаивая свою совесть, убедили себя, а также всех, кто в последствии изучал мусульманство по написанным ими книгам, в том, что Аллах занимает конкретное место, и это место — храм Кааба в Мекке. Теперь придворные богословы могли со спокойной совестью потворствовать богопротивным прихотям и выходкам правителей и политиков, ведь отныне Аллах, с позволения сказать, не был повсюду, поскольку это положение Корана было аннулировано. Позднее эти представления распространились и в мусульманских массах. В результате Каабу, а позднее, вообще, любую мечеть стали называть — Дом Аллаха (Байт Аллах). Стоит ли удивляться, что в результате подобных пересмотров молитвенный ковер, которым, согласно Корану является вся земная твердь, сократился до размеров коврика - намазлык, а место поклонения, которым, согласно Корану, является планета Земля, уменьшилась до размеров рукотворной мечети?

Естественно, что после всего этого обычная человеческая жизнь потеряла священный статус и перестала быть ареной для богоискательства — теперь, чтобы найти Бога, достаточно было стать завсегдатаем мечетей, где за правильностью общения с невидимым домовладельцем следил зоркий глаз муллы.

Об этом есть притча: Один мусульманский святой совершал паломничество в Мекку. Весть о его приближении бежала впереди него и достигла дворца правителя города. Султан решил достойно встретить почитаемого во всём мусульманском мире человека и выслал ему навстречу почётный эскорт.

Когда посланники султана дошли до стоянки святого паломника, они увидели странную вещь: святой спал, обратив свои ноги в сторону Мекки. Это считалось верхом неприличия и оскорблением святынь ислама. Озадаченные посыльные быстро вернулись обратно и рассказали обо всём султану. Тот возмутился, вскочил на коня и в окружении придворных помчался к лагерю паломников. Едва их кони ворвались в расположение мирно спящих паломников, как султан, подъехав к святому, гневно закричал: «Я полагал, что ты великий праведник, но вижу, что ты проявил небрежность, вытянув ноги в сторону Обители Аллаха. Ты — богохульствующий шарлатан!». Святой сказал султану: «Хорошо. Если тебя беспокоят мои ноги, прикажи своим людям повернуть их в любую сторону, где нет Аллаха!».

Приведу еще один пример практики насх-мансух: вспомним коранические положения об искоренении пьянства, поскольку они представляют собой хороший образец, демонстрирующий неправомочность богословов в аннулировании аятов Корана:

1) «О вы, кто верует, не приближайтесь к молитве, если пьяны, до тех пор, пока не станете понимать, что вы говорите» (4:43);

2) «Они спрашивают тебя об опьяняющем и об азартных играх. Скажи: «В них обоих грех и польза для людей, но грех этот больше, чем эта польза» (2:219);

3) «О вы, кто верует, дурманящие зелья, ... не более чем нечистота, дьявольские козни; так что избегайте этого...» (5:90).

Согласно богословской интерпретации, второй аят отменяет первый, а третий отменяет второй. В результате в Коране как бы нет двух первых аятов с разъяснениями о пьянящих напитках, они аннулированы. Есть только третий аят с категорическим запретом. Так считают богословы.

Полагаю, что Аллах считал и считает по-другому, и, как мне видится, он не просто так посвятил искоренению пьянства среди мусульман много лет. На протяжении 13-ти лет проповеди Мухаммада в Мекке Аллах вообще не касался этого вопроса. Взгляните на текст первого аята: из него следует, что мусульмане (пусть и не постоянно), но совершали молитвы в настолько пьяном виде, что даже не соображали, что говорили! С пагубной привычкой Аллах начал разбираться только после переселения мусульман в Медину.

Вначале Аллах соответствующим аятом Корана запретил мусульманам совершать молитвы в нетрезвом состоянии, затем объяснил, что от опьянения больше вреда, чем пользы. Наконец, вынес окончательное табу на употребление опьяняющих напитков. После того, как глашатай огласил божье повеление, по улицам Пророческого Града потекли в реки вина, вылитого  мусульманами!

Такова была божественная стратегия борьбы с пьянством людей, которые годами жили по соседству с живым пророком, и могли бы отказаться от вредной привычки воодушевленные одним только примером Мухаммада, но не сделали этого!

Современное же духовенство, исходя из запрета, оглашенного в суре 5:90, приказывает мгновенно и бесповоротно порвать со спиртным человеку, который никогда в жизни не видел, и уж тем более не общался с живым пророком. Но разве разумно игнорировать тот простой факт, что человек как вид не изменился, поэтому вряд ли способен резко порвать с вредной привычкой?

Я догадываюсь, почему проблема пьянства решается столь категорично — здесь присутствуют интересы очень коварного эго, скрывающегося в обличье миссионера или служителя культа. Во-первых, поучая любителя выпить, пришедшего к нему за помощью в обретении смысла жизни, он высокомерно демонстрирует себя в качестве эталона чистоты! Во-вторых, человек, который понимает, что не сможет так просто избавиться от вредного пристрастия, будет считать себя последним ничтожеством. Так ломается человеческое достоинство, что тоже выгодно лукавому. После такого строгого условия кто-то просто покинет мечеть, потеряв всякое желание работать над собой и изменять образ жизни. И это тоже выгодно для сатаны! Если же человек примет условия и «останется в «исламе», то, однажды униженный и «поставленный на место», он станет покорным подданным не Аллаха, но того, кто «учит» его религии. Кому это выгодно повторять не буду.

Да, я касаюсь болезненного явления, а именно — пьянства. После этого мне возражают, говоря: «Запрет на пьянство — это одно из самых выдающихся достижений ислама, поэтому найди более подходящий пример». Я не призываю к пьянству. Но если мои критики будут настаивать, что рассмотрение процесса искоренения пьянства является неудачным примером, то я могу привести множество примеров преступлений, совершенных непьющими религиозными фанатиками против невинных людей. Например, могу напомнить, что мусульмане, переселившиеся со своей «исламской» родины в страны проклинаемого ими Запада, могут запросто убить женщину-мусульманку за общение с посторонним мужчиной. Похоже, что пьяны как раз-таки они, если не осознают, что находятся не у себя дома, а в чужой стране, где правят другие законы. Да, банальные пьяницы тоже способны убить человека. Но вряд ли алкоголик станет террористом-смертником, убивающим десятки, сотни и тысячи людей «во имя Аллаха». Так что, не пить спиртного еще не значит иметь трезвое и здоровое сознание.

Итак, богословы противоречили друг другу в том, что касается замены одних аятов Корана другими, называли разное количество отменённых и вменённых аятов. Иначе и быть не могло, ведь у человека так много желаний и в мире столько соблазнов. Так что нет необходимости и далее блуждать в путанице богословских вымыслов на эту тему.

Я сознательно не обращаю внимания на тот факт, что люди, возомнившие себя теологами, в своих интересах перетасовали аяты Корана, отменив одни, и вменив вместо них другие.

* * * 

[1] Кафир (тюркизированное произношение — гяур) — неверующий, нечестивый, безбожник). Таковы общепринятые значения слова. Подробнее о кораническом понятии кафир я расскажу в следующей книге.

[2] Хадис — рассказ о поступках и высказываниях пророка Мухаммада. Хадисы собраны и систематизированы в нескольких сводах хадисов, получивших широкое распространение в мусульманском мире. Хадисы являются вторым после Корана источником шариата.

[3] Ялчыгул Таджутдин (1768-1838) — татарский писатель, врачеватель, религиозный деятель, педагог, историк. «Рисала-и ‘Азиза» («Послание Драгоценной») - комментарий к сочинению Суфи Аллахияра (1616-1713) «Сабат аль-’Аджизин» («Непоколебимость слабых»), впервые опубликована в С.-Петербурге в 1847 г., многократно переиздавалась в Казани, использовалась в медресе в качестве учебного пособия.

[4] Махди  (Ведомый Аллахом) — мусульманский мессия, провозвестник Конца света. В Коране нет каких-либо упоминаний об этом персонаже, он фигурирует лишь в хадисах. Тем не менее, вера в пришествие Махди является одним из  неофициальных догматов современного ислама, и его имя  связывается с окончательным торжеством ислама во всем мире.

[5]  Хоффман М.  «Мусульмане Запада возглавят интеллектуальное обновление ислама на Востоке» // Свет истины. Общественно-просветительская газета. Республика Адыгея. №3 (9) апрель. 2007 г.

[6] Стихи  Атааллаха Аррани (XVI в.). Перевод Т.А.Шумовского.     

[7] См.: Комментарий №1.

[8] Об этом см.: Камалов Т. Зияэтдин Камали. — Казань: «Иман», 1993.

[9] Примером тому является издание под названием «Коран. Перевод смыслов и комментарии Иман Валерии Пороховой, заверенный печатями целого ряда мусульманских организаций и подписями духовенства.

[10] См. Комментарий №2.

[11] ‘Акида (араб. вера. убеждение, кредо, доктрина, догма) — собрание основных догматов «ислама», его символ веры. Для любого мусульманина ‘акида является священным  понятием, к которому он относится с трепетным благоговением.  Во многом  именно различия в ‘акиде  толкали  людей к  межрелигиозной и внутриисламской резне. В этом свете смелость аль-Газали, высказавшегося о природе ‘акиды такие идеи,  достойна восхищения.

[12] Феномену перевоплощения душ или реинкарнации как лейтмотиву исламского учения будет посвящена отдельная  книга серии «Неизвестный ислам».

[13] Согласно информации, предлагаемой сайтом www.zamanaonline.com,  мусульмане высадились на побережье Мексиканского залива за 180 лет до Колумба, в 1312 г., а сам  Колумб  имел  копию работ арабского ученого XIII в. аль-Идриси, где упоминалось открытие нового континента.

[14] Мазхаб (араб. - путь, учение, идеология) — религиозно-правовая школа в исламе. Считается, что средневековые основоположники этих школ (из  которых  сохранились  и дошли до наших дней четыре) разработали все догматические, правовые, этические, бытовые аспекты жизни мусульман втаком совершенном виде, что правоверным ничего нового придумывать не нужно, достаточно следовать нормам, прописанным в древних книгах.

[15] «Мучения в могиле» — согласно мусульманской мифологии это один из этапов посмертного состояния человека, во время которого к покойнику приходят два ангела Мункир и Накир (о которых, кстати, в Коране нет упоминания), и задают ему вопросы, выясняя, кто похоронен — мусульманин или немусульманин. Если покойник овтечает в соответствии с догматами ислама, то его оставляют в покое, и более того, ему позволяется вплоть до Дня Воскресения любоваться местом, которое он получит в раю. Если же похороненный не является мусульманином, то адские муки для него начинутся уже в могиле и продлятся до Дня Воскресения, чтобы продолжиться в настоящем аду.

[16] Термин салават (чаще — салят), традиционно понимаемый как молитва, этимологически означает связь с Богом.

[17] Речь идет об аяте 42: 51, смысл которого я разъясню в одной из своих последующих книг.

[18] Фард (араб. – обязанность, долг) — обязательное для исполнения  предписание религиозного культа. Некоторые богословы полагают, что мусульманин, пренебрегающий  исполнением фардов (пятикратный намаз, пост-ураза и др.) становится вероотступником.

[19] Прижизненному пробуждению пророк Мухаммад придал крайне важное значение, сказав: «Умрите прежде, чем умереть», т.е. “Я” (эго, чувство собственной важности и т.п.), должно перестать доминировать, буквально — умереть, чтобы пробудился дух.

[20] Полагаю, именно поэтому Аллах рекомендует просить у него Знания «Господь мой, увеличь  меня в Знании», но нигде не велит просить готового осознания единства -  таухида,  (только оговаривает, что при желании, мог бы сделать так, что все убедились бы в его существовании). Такой таухид, обретенный без напряжения сил, без радости октрытий и озарений (которые только и приводят к Знанию), подобен раю, который не заслужен трудом и старанием самого человека, а потому обречен быть потерянным.

[21] Данный аят, как и многие другие похожие на него, принято переводить «Воистину, Аллаха страшатся...». Это вызвано тем, что в вопросе об отношениях человека с Богом приоритет издавна отдается страху. Человек должен иметь серьезный мотив для того, чтобы исправить свой образ жизни и поступки, и боязнь божьей кары — решающий фактор в это процессе. Таким образом, через состояние страха необходимо пройти, но нельзя оставаться в нем вечно, ведь Бог «Предписал себе милосердие» (6:12); «Ваш Господь предписал Самому себе милосердие, и если кто из вас совершает зло по невежеству своему, а после кается и поступает праведно, то Он — Прощающий, Милосердный» (6:54). Это побудило меня к поиску другого значения слова йахша (страшатся). Оказалось, что однокоренным с ним является глагол «стыдиться». Таким образом, Обладатели знания это те, кто боится или стыдится поступить вопреки своей совести — совместному с Богом знанию.

[22] Как известно, моря крови были пролиты не только в войнах христиан с мусульманами и мусульман с христианами, но и междоусобных войнах самих мусульман: так в XIV веке власти Малайзии, последователи  шафиитского мазхаба, вели многолетнюю кровопролитную войну с представителями других мазхабов, пока не утвердили по всей стране господство «ислама» своего толка.

[23] Арабское слово НаБи‘ (пророк) происходит от корня НБ‘, со значением «сообщать что-то новое». Иными словами, пророк это тот, кто сообщает нечто такое, о чем ранее не было известно, своего рода теоретический аспект пророческой миссии. Действительно, пророк Мухаммад сообщил арабам много информации о духовных законах, которые были им неведомы. Слово РаСуЛ (посланник) происходит от корня РСЛ, со значением «посылать», «отправлять» и является прилагательным в пассивном значении, образованном от активного глагола (действия), т.е., фактически, посланник, это пассивный инструмент в руках активного (т.е. действующего, глагола) Бога. Применительно к Мухаммаду это означает практическую сторону его миссии, реформу взаомоотношений, поведения, ценностей и т.д. Итак, как пророк, Мухаммад провозгласил новые для арабов идеи, а как посланник — делал то же самое, что и его предшественники.

[24] Речь идет о последней фразе 24-го аята суры «Женщины», на изъятии которой из Корана настоял ‘Умар. Подробнее об этом см.: Хайрутдинов А. Секс в свете хадисов. Неизвестный ислам. Ч.I. — Казань, 2007. — С.22-23.

[25] См. Комментарий №3.

[26] Голумул Коръән. Коръән турындагы фәннәр. — Казан: “Иман”, 1998. — 125 с.

Источник: nohchidu.org

 

Добавить комментарий

Twitter

Важное

9402136110175853
28 марта 2018 05:52

Приветствуйте в душе тех, кто выводит вас из равновесия

Безмятежность умаКаждая мысль обладает энергией. Каждая мысль, независимо…
100057553
17 февраля 2018 07:35

Британские врачи напечатали пациенту грудную клетку на 3D-принтере

Сначала имплантат планировали вкрутить в скелет, но поскольку кость…

Россия

2904702x
26 марта 2018 14:18

Страной-изгоем можно жить долго. Есть примеры

Оно определилось. Не сегодня, конечно. Сегодня – так. Очередная вешка…
cb6a713584
22 марта 2018 20:05

Система российских спецслужб восстановилась в полной мере и в соответствии...

Людей действительно "жгли" электрошокерами. ФСБ призналось в этом…

Трибуна

Кадыров осознает, что эпоха Путина прошла, что его ненавидят во всех силовых структурах России, в...
Я бы им посоветовал игнорировать алчущих легитимности Сараляпова, Идигова, Залпату, Закаева. Если на них, вдруг,...
Чеченский правозащитник Саид-Эмин Ибрагимов добивается Гаагского суда для России за преступления против чеченцев. Как убежден...
История головокружительного роста чеченского генерала из окружения главы республики.. Руслан Алханов родился в 1962 году...
Ширятся и множатся ряды чеченско-ичкерийского «сопротивления» в отрядах крутого чеченского беженца Ахмеда Закаева, в ряды...
Социальный запрос на этнические чистки и геноцид коренного населения Северного Кавказа. Механизм формирования. Авраам...
Познавательный ролик о Рамзане Кадырове опубликовало 1 сентября арабоязычное издание Midan, дочерняя служба крупнейшего катарского...

«Архив Судного Дня»

В Чечне, в рамках т.н. «антинаркотической» кампании, сотрудники кадыровских «органов» пытками заставляют задержанных признаваться в употреблении запрещенных веществ...
Последние несколько месяцев Титиев и другие сотрудники «Мемориала» в Чечне работали по делу о 27 расстрелянных жителях республики,...

Актуальное

Абдурахман Авторханов родился на Кавказе. По национальности — чеченец. Был номенклатурным работником ЦК ВКП (б ). В 1937...
Сайд-Магомед Хасиев: «Не забудь свое слово»

Сайд-Магомед Хасиев: «Не забудь свое слово»

12 февраля 2018 07:10
Просмотры : 507
«Восстановление начнется только тогда, - пишет чеченский историк и публицист С-М. Хасиев, - когда каждый научится спрашивать себя:...
Известный чеченский видеоблогер Тумсо Абдурахманов уже два года не может вернуться на родину — в Чечню. В ноябре...
В шведском Мальме антропологи и историки обсудили "черкесский вопрос". Участники конференции "Черкесы в 21-м веке: идентичность и выживание...